Меню

Почему не было передачи познера

Владимир Познер: «Я был неправ и не стесняюсь об этом говорить»

Разговор с телеведущим Владимиром Познером журналист Информационного агентства «Znak» Александр Литвинов хотел посвятить более глобальным событиям. Но за два часа до встречи в московском ресторане «Жеральдин», который назван в честь матери Познера, внезапно нашелся еще один повод для беседы. Он тлел уже месяц и вспыхнул в «Живом журнале» писателя Эдуарда Лимонова. Дело в том, что еще в мае была записана программа «Познер» с Лимоновым, которая по странным причинам до сих пор не появилась в сетке Первого канала. Телезритель почувствовал подвох, а Эдуард Вениаминович разозлился.

C Лимоновым был неправ

— Лимонов в своем «Живом журнале» написал следующее: «Второй месяц пошел, как у меня взял интервью Познер. Уж полночь близится, а Германа все нет. Может быть, вам, уважаемые, когда-нибудь перескажут своими словами содержание интервью со мной». Владимир Владимирович, что это за мифический эфир с Лимоновым и куда он делся?

— Прямого эфира не было. Была запись. Я пригласил Лимонова в программу. Причем давно хотел, но канал возражал. Я неоднократно говорил, что на канале не работаю, но канал покупает программу и имеет право говорить «да» или «нет». В конце концов мне дали добро. К сожалению, не получился прямой эфир по некоторым обстоятельствам…

— Политическим?

— Абсолютно нет. Вообще у меня все программы идут в прямом эфире, кроме иностранцев, которых нужно переводить. Но тут уж так сложилось. Интервью получилось довольно интересным.

— Вы его сразу запланировали на будущее?

— Я вам даже скажу, на какое число. Значит… 11 июня был выходной день, и поэтому моя программа не выходила. Генеральный директор Первого канала Константин Львович Эрнст неоднократно говорил, что моя программа не праздничная и нечего ей выходить в такие дни. Она и не вышла. Но я полагал, что дам Лимонова 4 июня. Правда, в запасе была еще одна программа, с дирижером Курентзисом. Получились две «запаски», и меня попросили дать Курентзиса раньше. Я был абсолютно убежден, что 18 июня выйдет Лимонов, и он был объявлен. Но в последний момент программу сняли.

— Причину объяснили?

— Причину объяснили. К сожалению, я не могу вам ее сказать. Она не имеет отношения к Лимонову непосредственно. Она не имеет отношения ко мне. Она не имеет отношения к содержанию. Она имеет отношение к чему-то другому. Повторяю, я не могу сказать. Может быть, потом когда-нибудь смогу. Но факт в том, что программу сняли, и я предупредил руководство, что, если меня будут спрашивать, я, конечно, расскажу.

— Сам Лимонов, наверное, злится…

— Он прав. Я разделяю его недовольство. Я сам недоволен. Ну бывают такие ситуации. Я не первый год работаю, у меня и в Америке такое бывало. Я все равно надеюсь, что программа когда-нибудь выйдет.

— То есть программа не была привязана к поводу? Просто разговор с писателем?

— Это разговор с писателем, общественным деятелем, в какой-то степени политическим деятелем. Мы говорили об очень разных вещах, и он, как всегда, был и интересным, и неожиданным. Можно соглашаться с ним или нет, но это вопрос другой. Лимонов точно не был скучным.

— В прошлом вы неоднократно говорили, что никогда в жизни не позовете Лимонова в свою программу.

— Не неоднократно, но говорил. Потому что считал его фашистом. Мне казалось, что некоторые его высказывания просто фашистские.

— Вы изменили свое мнение?

— Да, изменил. Считаю, что он, конечно, радикален и придерживается очень категорических взглядов. Но я был неправ и не стесняюсь об этом говорить.

Болею только за Францию

— В разгаре чемпионат мира. Две из ваших трех родных стран [Россия и Франция] на нем играют. Нет дилеммы, за кого болеть?

— Нет, я болею за Францию. Меня несколько разочаровала ее первая игра, но многие фавориты пока себя не показали. Надеюсь, что Франция станет чемпионом мира. Очень рад за сборную России и не ожидал от нее такого. Теперь ей играть с Испанией или Португалией, и вряд ли она пройдет дальше.

— Если увидим на какой-то стадии Россию и Францию в одном матче, будете петь гимны обеих стран?

— Нет. Дело в том, что я вообще не пою гимн России.

— Дайте угадаю. В знак протеста? Сталинский гимн?

— Именно. И музыка сталинская, и поэт. Я противник этого гимна. Конечно, демонстративно не сижу. Будет играть — встану. Но не более.

— Но «Марсельезу»-то споете?

— Да, очень люблю «Марсельезу». Но вообще это невероятно кровавая песня.

— В вашем ресторане нет экранов, вы не показываете матчи чемпионата мира. Почему?

— Обсуждали наличие экрана и пришли к выводу, что не нужен. У нас не бар.

— К семье Познера имеет отношение и Германия, но хорошо известно, как вы ее не любите [в футболе]…

— Я всегда болею против Германии. Очень сильная команда, что и говорить. Но против.

— Во время Олимпиады в Сочи вы говорили, что освещение Игр западными СМИ было не очень объективным. Сейчас про чемпионат вроде бы пишут хорошо, не находите?

— Я работал в Сочи на американскую телевизионную компанию NBC. Поэтому, конечно, видел все изнутри. Было ощущение, что существует установка рисовать все в черном цвете. Но по ходу игр черный цвет стал разбавляться. Что касается чемпионата мира по футболу, то резко изменилась тональность.

— В лучшую сторону?

— Да. Ну, я не все читаю. Но New York Times, Guardian, французские газеты стали писать совершенно по-другому, позитивно, отмечая успехи и в смысле того, как все организовано, и с точки зрения отношения людей. Хотя все равно, например, газета Washington Post посвятила целую статью расизму в России.

— С Washington Post есть и другой забавный случай. Один из журналистов, приехавший в Москву, был поражен, что не увидел в столице пустых прилавков магазинов. В каком году он застрял? В 1991-м? Как можно быть настолько не информированным?

— Мне кажется, российские представления об Америке более далеки от стереотипов. То есть нас уже не обмануть какой-нибудь безработицей в США и так далее. А вот их представления о России, что нас всех здесь угнетают, что ничего нет в магазинах… это осталось, да.

— Почему так происходит? Журналист же должен быть как минимум образованным.

— Он образованный по-американски. Существует некоторый образ России, который был создан уже давно, но который не меняется.

— Неужели даже девяностые годы не изменили тренд в США? Мы же дружили президентами и странами.

— Что-то начиналось, но быстро было свернуто.

Ширина коридора свободы

— Вы любите говорить, что свобода слова — это коридор, у которого в любой стране есть стены. И можно рассуждать только о ширине этого коридора, но не об отсутствии стен. Как сейчас с шириной в России?

— У нас этот коридор меняется в зависимости от того, о ком мы говорим. Если речь про СМИ с относительно небольшой аудиторией, коридор широк. Им почти все можно. Они не представляют опасности, они ни на что не влияют. Как только СМИ выходит на большую аудиторию, коридор становится узким. Например, если речь про федеральное телевидение, то политическая линия жестко контролируется Кремлем, и когда мы смотрим новости на этих каналах, то видим одно и то же.

— В Америке по-другому?

— В Америке всегда было по-другому. Когда-то СМИ там были самостоятельными в том плане, что каждое СМИ принадлежало одному человеку или группе людей, но не конгломерату. И это был золотой век. Человек мог сравнить разные точки зрения. Теперь происходит другое. Крупные телевизионные каналы становятся собственностью еще более крупных структур.

— И это плохо?

— Очень плохо. Политика корпораций начинает иметь значение. Ведь главной идеей в СМИ становится бизнес. Конечно, учитывая американские традиции, коридор там шире нашего. Но он сузился. Совсем недавно одного очень известного карикатуриста выгнали из газеты за карикатуру на Трампа.

— Трампу вообще тяжело с журналистами.

— Ну, Трамп тут ни при чем. Он не может никого выгнать. Но карикатуристу сказали, что он должен был «соблюдать философию данного издания». Такого не было никогда. Происходит постепенное сужение коридора, и мне очень жаль.

— Если взять рейтинг «Репортеров без границ», там всегда ставят Россию примерно на 150-е место с точки зрения свободы журналистики. Америку, конечно, тоже не балуют, но можно ли доверять таким рейтингам?

— Это вообще не объективно. К таким рейтингам не нужно относиться всерьез. Какая разница между 149-м и 150-м местами? Для начала бы определиться с тем, что мы измеряем. Бег на 100 метров измеряется в секундах. А тут как? Люди, которые дают эту оценку, должны быть профессионалами. И неангажированными.

— «Репортеры без границ» ангажированы?

— В России продолжается ужесточение законодательства, связанного со СМИ, интернетом, мессенджерами и т.п. Мы дождемся когда-нибудь оттепели?

— Вы — да. Я — не уверен. Люди, которым сейчас по 15 лет, они же принципиально другие. Они отличаются от тех, кто руководит страной. Они не лучше и не хуже, они другие. Они росли в другом обществе, ходили на западные фильмы.

— Что должно случиться? Уход лично Путина?

— Нет. Просто должно пройти время. И новые люди повзрослеют.

Интернет и журналистика

— За вами прочно закрепился ярлык «ненавистник интернета». Но когда вы сравниваете журналистов и, скажем, блогеров (не в пользу последних), кому-то это кажется брюзжанием. Мол, опять Познер начинает: «Вот в наше время…»

Читайте также:  Почему мужчина перестает целовать девушку

— Нет-нет-нет. Это вообще не про «наше время», потому что в наше время и журналистики никакой не было, одна пропаганда. Моя точка зрения заключается в том, что все-таки журналистика — это профессия. Тебя нанимают, ты зарабатываешь на жизнь. Во-вторых, журналист отвечает за то, что он говорит или пишет…

— Есть такой человек, Михаил Леонтьев. Он производит свою программу для того же канала, что и вы. Несколько лет назад он нарисовал в фотошопе самолеты, чтобы доказать свою правоту в истории со сбитым боингом. Вот она «профессия» и «ответственность»! Я что-то подзабыл, какую «журналист» Леонтьев понес ответственность за этот фейк?

— Я его не считаю журналистом. Человек, который делает то, что делает Леонтьев, не журналист. Да он сам вам скажет, что он не журналист. Я совершенно не говорю о том, что все люди, которые работают в журналистике, являются журналистами. Речь о другом. Интернет — это не средство массовой информации. Я считаю все эти порталы прекрасной вещью для выражения своего мнения. Но иногда там бывают опасные моменты, какие-нибудь расистские высказывания.

— Вы ток-шоу на федеральных каналах давно смотрели?

— Ну, что-то расистских высказываний я там не слышал.

— Вы слышали, как во время президентской кампании на ВГТРК матерились?

— Да. Хотя это запрещено законом. Короче говоря, интернет — это не средство информации, это средство выражения мнения. Высказывайте его, сколько хотите. Но информации там нет.

— Ощущение такое, что вы специально хотите показать свою принципиальную нелюбовь к интернету. Он вас чем-то обидел?

— Почему? Я использую его. У меня есть компьютер. Я читаю газеты в интернете. Есть электронная почта.

— А если, например, про вас идет волна слухов и домыслов? Самый быстрый способ опровергнуть их от первого лица и не давать 500 комментариев — написать пост в своем верифицированном «Фейсбуке».

— Охваты другие. Через «Фейсбук» все моментально разлетится.

— Да не волнует меня это. Я все веду к тому, что люди, пишущие в интернете, не представляют себе, что такое журналистика. И речь не про то, чтобы окончить соответствующий факультет, сторонником чего я никогда не был. Просто сидеть дома и чего-то такое там писать — это не то.

— Юрий Дудь сидит и чего-то там делает. А уж ответственности у него побольше, чем у многих журналистов, потому что многомиллионная аудитория обязывает.

— Он работает на определенного зрителя. Он стрижется, одевается, матерится. Это игра, он делает ее хорошо. Но какая это журналистика?

— Ваш друг Леонид Парфенов тоже там. Опять не журналистика?

— У него безвыходное положение. Его отлучили от телевизора.

— Фильмы же он делает…

— Ну и чего? Леонид Геннадьевич абсолютно телевизионный человек. Может быть, самый телевизионный из всех, что были или есть. И то, что его отстранили от телевидения, это полнейшее безобразие, и я понимаю его обиду. Фильмы фильмами, но он хочет выходить в эфир, рассказывать. Поэтому на безрыбье он пошел в интернет.

Первый канал и стыд

— Каждый раз вы целенаправленно поправляете людей, когда речь заходит о Первом канале. Мол, вы там не работаете, а только производите для них программу, и так далее.

— С формальной точки зрения, все верно. Но это же наивные рассуждения!

— Вы принимаете их правила игры, вы идете на компромиссы. Есть запреты, о которых вы рассказываете.

— Это место так или иначе — через студию или посредника — платит вам зарплату. Может быть, Познеру просто стыдно ассоциировать себя с Первым каналом?

— Нет, мне не стыдно. Я выхожу на Первом канале. Но у меня нет кабинета, водителя, машины. Нет начальника. Мне никто не скажет: «Приходи завтра в три!»

— Зато могут сказать: «Не бери Навального!»

— Могут. И не могУТ, а можЕТ. Есть один человек. Константин Львович Эрнст. Мы договорились, что есть люди, которых звать нельзя.

— Со стороны может показаться, что, работая на Первом канале, вы хотите одновременно использовать его возможности, но при этом не замарать свои белые перчатки. «Нет-нет-нет, Познер — это не Первый канал», —говорит Познер. А кто тогда?

— Я сам по себе. Я дал себе слово, что никогда не буду работать ни на какое государство. Не буду членом никакой партии. Останусь независимым, чтобы не быть в штате у компании. Пока мне это удается.

— Допустим, с Первым каналом история закончилась. Вам звонят с ВГТРК или НТВ. «Владимир Владимирович, давайте к нам с такой же программой. Та же зарплата, то же время, тот же запретный список. Будете выходить после шоу Соловьева». Пойдете на ВГТРК?

— И в чем разница?

— Есть две причины. Во-первых, у меня не лучшие личные отношения с [генеральным директором ВГТРК Олегом] Добродеевым, которые не связаны с тем, что делает ВГТРК. А во-вторых, для меня лично работать на ВГТРК — это уже западло. Для меня есть разница между Первым каналом и ВГТРК. Вопрос не в одной программе. Эти вещи определяются не математическими формулами, а чувствами.

— К НТВ такие же плохие чувства?

— Видите, как бы вы ни дистанцировались от Первого канала, а есть любовь…

— Вашей программе уже десять лет. Некоторые герои идут по второму кругу…

— И даже по третьему, как Кудрин. Но есть поводы.

— Тем не менее нет ли ощущения, что все герои у вас уже побывали, и если не закрывать программу, то нужно как-то менять ее формат?

— Вполне возможно. На данный момент такого ощущения у меня нет. Но это, конечно, может быть.

— Помимо запретных списков «свыше», есть герои, которых вы сами никогда не позовете. Например, был Лимонов, хоть вы его и реабилитировали. А это не является самоцензурой?

— Является. Ну не совсем самоцензурой, потому что цензура всегда связана со страхом. Здесь больше личное отношение, но это, конечно, тоже неправильно.

— Нужно терпеть ради аудитории.

— Да. Есть такой человек — Навальный. Мне он не нравится. И я ему не нравлюсь. Я абсолютно не поддерживаю его взгляды. Но я считаю, что народ имеет право знать, что он говорит, поэтому я бы его обязательно пригласил.

— Что-то смотрите на нашем телевидении, кроме своих программ?

— Я люблю смотреть «Что? Где? Когда?». Иногда бывают очень неплохие отечественные сериалы. Даже «Модный приговор» люблю.

— Бог ты мой…

— Программа не для меня, конечно, но мне нравится, что сделано очень профессионально и увлекательно. Время от времени смотрю «Вечерний Ургант». Не всегда. Но и ему трудно, все-таки каждый день выходить нужно, а количество звезд мало. А в целом для меня смысл телевидения — это прямой эфир. Ни ты, ни твой гость, ни аудитория не знают, что будет через секунду. В этом сила телевидения. Остальное — только театр у микрофона.

Ельцин, колбаса и свобода

— Пару дней назад на своем сайте вы написали: главная проблема России заключается в том, что управляют ею советские люди; что представители системы, которой больше нет, попали в принципиально иную систему и не очень умело ею управляют. Вы главным образом говорите о Путине?

— Он один из них. Но не единственный, конечно.

— Ельцин был еще более советским…

— Да, и по его собственному признанию, он не был никаким демократом.

— Тем не менее вектор был другим, хотя мы говорим о таком же советском человеке-руководителе…

— А каким был вектор? При нем страна разваливалась. Это нам с вами, журналистам, было хорошо. Говорили, что хотели. Но людям было ужасно. И Ельцин скомпрометировал демократию. Тогда ведь и возникло слово «дерьмократия». С одной стороны, незаслуженно появились невероятно богатые люди, с другой — масса нищих. Моя теща всю жизнь проработала на двух работах, и в один день все ее сбережения превратились в пыль.

— Вам же Гайдар говорил, что это неизбежность, через которую всем нужно было пройти.

— И не только он говорил. Я благодарен Ельцину за какие-то вещи. Но его желание распустить Советский Союз, на мой взгляд, объясняется только одним: он хотел быть главным. Пока есть СССР, есть Горбачев. Горбачев договорился же с республиками о новом союзном договоре. А Ельцин сделал по-своему. Я знаю, что кое-кто обижается на меня за такое мнение, но у меня другого объяснения нет.

— На фоне таких оценок — не слишком ли вы идеализируете другого видного деятеля перестройки и девяностых — Анатолия Собчака? После фильма Ксении Собчак вы отзывались о его фигуре чуть ли не с придыханием.

— Нет. Я говорил только то, что он был символом. В те времена, слушая Собчака, трудно было поверить, что в Советском Союзе можно такое говорить. Я его не идеализирую и считаю, что он совершенно напрасно пошел в мэры Санкт-Петербурга. Ему не надо этого было делать, это не его, он себя переоценил.

— Он не справился со своим делом?

— Вопрос из тех же времен. Колбаса или свобода? Если придется выбирать что-то одно.

— Однозначно, свобода. Безусловно.

— Легко так рассуждать о свободе, когда ты уже богатый состоявшийся человек, популярный телеведущий и владелец ресторана. Ударник капиталистического труда. А те самые советские люди, о которых мы уже говорили, наверное, выберут колбасу.

— Да, я успешный. Хорошо зарабатываю. Я добился этого сам. И про себя знаю, что если придется делать выбор между колбасой и свободой, то выберу свободу. Кто бы что ни говорил.

Читайте также:  Для комиссии почему не служил

— На этой неделе вы высказались по двум резонансным событиям. Во-первых, подписали письмо в поддержку Олега Сенцова. Во-вторых, поддержали повышение в России пенсионного возраста. То есть и за, и против государственной позиции.

— Да, и меня многие спрашивают: на чьей же ты, черт побери, стороне? Там или там? Я отвечаю: не там и не там. Я журналист. Сначала по пенсионному возрасту. Ну, возраст смехотворный. Какая пенсия в 55 лет? Это молодая женщина, а мужчина в 60 лет тоже полон сил. Люди живут все дольше, а рожают не больше. Кто их будет обеспечивать, кто будет платить налоги, откуда взять деньги? Во всем прогрессивном мире в этом возрасте пенсий нет.

— Там продолжительность жизни больше.

— Да, но мы к этому стремимся. Наверное, хорошо было бы и в 40 лет уходить на пенсию и ничего не делать, особенно если тебе не нравится твоя работа. Но я, например, никогда бы не хотел уйти на пенсию, потому что я обожаю то, что я делаю. Повышение пенсионного возраста — это не про то, что у вас кто-то что-то отнимает. Или кто-то жиреет. Это необходимость.

— Теперь по Сенцову.

— Я не знаю, виновен он или невиновен. Но должна же проявляться гуманность. Ну либо обменяйте его, либо помилуйте. Но нельзя так. Он может умереть. Если он умрет, это будет позор.

источник

Почему не было передачи познера

Руководство «Первого канала» не выпустило в эфир интервью Владимира Познера с писателем и председателем незарегистрированной партии «Другая Россия» Эдуардом Лимоновым. Об этом сам Познер рассказал екатеринбургскому изданию znak.com.

По словам телеведущего, интервью с Лимоновым должно было выйти на «Первом» 4 июня. «Но в запасе была еще программа с дирижером [Теодором] Курентзисом. Меня попросили дать его раньше, и я был абсолютно убежден, что Лимонов выйдет 18 июня, и он был объявлен. В последний момент программу сняли. К сожалению, я не могу вам сказать причину», — заявил Познер, отметив, что это не имеет отношения ни к Лимонову, ни к нему самому, ни к содержанию беседы. «Может, как-нибудь потом скажу больше», — добавил он.

По словам Познера, он давно хотел взять интервью у Лимонова, но долго не получал на это добро от телеканала. Однако в итоге руководство «Первого» согласилось, передачу с участием Лимонова удалось снять. Интервью было проведено в записи, а не в прямом эфире «не по политическим моментам, просто были обстоятельства, так сложилось», рассказал телеведущий.

В пресс-службе «Первого канала» отмену программы с Лимоновым объяснили «спецверсткой» на время проведения чемпионата мира по футболу. «Сетка канала претерпела значительные изменения. Сериалы сместились с 21:30 на 23:00, ночные проекты, таким образом, включая программу «Познер», временно в эфир не выходят. Отсутствие выпуска с Эдуардом Лимоновым связано со спецверсткой на время ЧМ и ни с какими другими причинами», — сообщили РБК в пресс-службе.

При этом в программе «Первого канала» указано, что передача «Познер» выйдет 25 июня, задолго до окончания чемпионата. Из программы также следует, что предыдущий выпуск этой передачи состоялся 3 июня, а эфиров 11 и 18 июня не было. РБК направил запрос «Первому каналу» с просьбой пояснить, почему 25 июня, до окончания первенства, программа Познера в сетке вещания стоит.

Ранее Лимонов написал на своей странице в «Живом журнале», что уже второй месяц ожидает выхода в эфир их беседы с Познером. «Второй месяц пошел, как у меня взял интервью Познер. Уж полночь близится, а Германа все нет. Может, вам, уважаемые, когда-нибудь перескажут своими словами содержание интервью со мной?» — написал он.

В разговоре с РБК Лимонов рассказал, что Познер не говорил ему, по какой причине программа не вышла. ​

«Я не говорил, что программу сняли, я писал, что прошло уже два месяца, а передача так и не вышла. Я с Познером не общаюсь, видел его тогда первый и последний раз на этом интервью, и после него он мне не звонил и не писал, поэтому причин, почему программа не вышла, он мне не называл. Изначально мы договаривались о прямом эфире, и мне сказали, что все-таки будет запись», — рассказал он.

Говоря о содержании интервью, Лимонов уточнил, что ему не известны возможные причины, по которым программа не вышла. «Я не специалист по закулисным делам и цензуре, я понятия не имею. По-моему, было отличное живое и вдохновенное интервью. До этого, какие темы будут звучать, мы не обсуждали также, был спонтанный разговор», — добавил он.

В начале апреля программа «Познер» с участием экс-министра обороны США Уильяма Перри была перенесена. «Руководство «Первого канала» сочло, что с учетом бомбардировки и обвинений в использовании химоружия режимом Асада эта программа будет звучать диссонансом. Она выйдет в эфир, но позже», — сообщил тогда Познер. В итоге программа была показана 21 мая.

источник

Познер посетовал на безобразие из-за снятого из эфира Первого канала интервью

Телеведущий Владимир Познер рассказал подробности интервью с Эдуардом Лимоновым, которое неожиданно сняли с эфира Первого канала. Расшифровка его выступления в ресторане «Жеральдин» опубликована в официальном блоге.

Журналист заявил, что уже давно хотел пригласить Лимонова в свою передачу, однако тот всегда был нежелательным гостем. Тем не менее гендиректор телеканала Константин Эрнст недавно разрешил позвать писателя на интервью. Тот, в свою очередь, принял предложение.

Познер договорился записать разговор с Лимоновым не в прямом эфире, а выпустить запись 18 июня, так как на очереди было еще несколько важных гостей. Однако в назначенную дату интервью не вышло.

«Мне даже никто этого не сказал. Я написал письмо, электронное письмо Эрнсту, что, мол, это безобразие, в общем, выразил свое отношение к этому и сказал, что, может быть, давайте закроем программу», — вспоминает журналист.

Затем Познеру позвонил Эрнст и назвал ситуацию безобразием. Он добавил, что интервью с Лимоновым сняли по причинам, о которых гендиректор Первого канала не может сказать по телефону. «Это не имеет отношения к тому, что он [Лимонов] сказал, но вот тем не менее это так», — добавил Эрнст.

Ведущий отметил, что с тех пор не встречался с гендиректором лично, поэтому не знает этих причин до сих пор. Он также извинился перед Лимоновым за непредвиденную ситуацию. «Я виноват перед ним, что не предупредил его и что так случилось. Я приношу свои извинения, но больше ничего не могу сделать», — заявил Познер, добавив, что российское телевидение очень политизировано.

Ранее представители Первого канала сообщали, что отмена интервью Познера с писателем связана с изменениями в сетке вещания на период чемпионата мира по футболу.

источник

Почему Первый канал поставил ультиматум Владимиру Познеру

Основной проект, в котором известный российский журналист принимает участие – программа «Познер», около четырех лет подряд идущая на «Первом канале». Однако Владимир Познер решил расширить свое участие в телевизионных передачах, и с апреля 2012 года в эфире телеканала «Дождь» появилась новая программа «Парфенов и Познер». Двое ведущих и их гости обсуждают в студии основные события прошедшей недели, высказывают свои мнения, дискутируют. Формат программы не отличается от большинства других сходных телевизионных проектов.

Гостями программы «Парфенов и Познер» стали известные политики и общественные деятели, среди которых были и те, которых по определенным причинам мы вряд ли увидели бы в эфире «Первого канала». Это блогер Алексей Навальный, главный редактор «Новой газеты» Владимир Муратов, бывший кандидат в мэры Астрахани Олег Шеин.

В эфире программы на канале «Дождь» Познер признался, что пригласить Алексея Навального в программу «Познер» ему не разрешает «Первый канал». Очевидно, участие Познера в программе, на которую был приглашен оппозиционер Навльный, и послужило причиной требования, предъявленного руководством «Первого канала». Суть ультиматума в том, что Владимиру Познеру было предложено прекратить сотрудничество с телеканалом «Дождь» либо расстаться со своим собственным проектом «Познер». Эта информация была опубликована в блоге Познера на Twitter.

Владимир Познер сообщил, что сделал свой выбор и остается со своей программой на «Первом канале». Информационное агентство «Интерфакс» отмечает, что подобная практика довольно распространена во всем мире, и мало кому из журналистов удается одновременно работать на двух каналах. Очевидно, что с уходом Познера с канала «Дождь» программа «Парфенов и Познер» прекратит свое существование. Руководство «Дождя» выразило свое сожаление по поводу вынужденного ухода с этого телеканала Владимира Познера.

источник

Документальные фильмы

«Времена не выбирают». Документальный фильм к юбилею Владимира Познера

Код для встраивания видео

Настройки

Плеер автоматически запустится (при технической возможности), если находится в поле видимости на странице

Размер плеера будет автоматически подстроен под размеры блока на странице. Соотношение сторон — 16×9

Плеер будет проигрывать видео в плейлисте после проигрывания выбранного видео

Жизнь Владимира Познера настолько закручена, а порою и невероятна, что лишний раз подтверждает истину, что именно она, жизнь — самый лучший драматург, и ни один сценарист ее не переплюнет.

Он родился в Париже от матери-француженки и русского отца, в три месяца был увезен в Америку, где прожил пять лет только с матерью. Затем вернувшийся Владимир Познер-старший снова увез семью во Францию — весной 1939 года. А осенью началась Вторая мировая война. Каким-то чудом в 1940-м они смогли попасть на корабль и снова уплыть в Америку. Там они прожили восемь лет, пока отцу — ярому стороннику коммунизма и СССР — снова не пришлось уезжать из США времен разгула маккартизма. Семья перебралась сначала в советскую зону Берлина, а еще спустя четыре года — в Москву. В Америку Владимир Познер смог попасть только в 1986-м, поскольку долгие годы был невыездным.

Читайте также:  Почему во вселенной все крутится

Жизнь в СССР была далека от представления Владимира, который поначалу разделял взгляды своего отца. Чем больше проходило времени, тем сильнее становилось его разочарование. Спустя пять лет жизни в Москве он решил вернуться в Америку, но Познер-старший, узнав об этом, сказал сыну, что сообщит в КГБ и добьется его ареста. И это так и осталось глубокой трещиной в отношениях отца и сына на всю жизнь.

Спустя годы Познер будет вести на телевидении программу с названием «Времена». И это будет символичным — в центре ведущий, проживший разные времена в разных странах и разных системах, переживший большие ожидания и большие разочарования, с чем-то смирившийся, а что-то так категорически и не принявший. Но всегда хотевший, чтобы политики и простые люди находили взаимопонимание и слышали друг друга.

Его телемосты в период холодной войны между США и СССР вошли в историю советского телевидения. Вместе с известным американским телеведущим Филом Донахью, с которым дружит и по сей день, Познер был ведущим телемоста Ленинград — Сиэтл в декабре 1985 года. А в 1986 году — ведущим телемоста Ленинград — Бостон.

Люди, которые проработали с ним немало лет, — на телевизионных программах и съемках документальных фильмов — практически в один голос называют его пацаном. Когда ему было далеко за 70, он проехал более 10 тысяч километров по всей Америке за рулем, и любую помощь воспринимал как оскорбление. Когда ему было за восемьдесят, в Германии, на испытательном полигоне, он сел за руль гоночной машины, справиться с которой могут только профессиональные водители-испытатели, и нарезал виражи со скоростью 200 километров в час. А в Финляндии устроил гонки на машинах по льду.

Он до сих пор играет в теннис пять раз в неделю, каждый день в семь утра ходит в ближайший спортзал, за неделю может побывать в трех странах на разных континентах, и всякий раз по окончании съемок за рубежом устраивает ужин для всех, кто в них участвовал, включая местных водителей.

Он не боится начинать жизнь с начала. В третий раз Познер женился, когда ему было за 70, прожив со второй женой 37 лет. Что поделать — влюбился!

В его маленьком кабинете в Останкино, где на столах высятся огромные стопки газет и где базируется вся группа программы «Познер», коллеги повесили на стену фотографию. На Познере — чужая кепка, у него лукавые глаза и улыбка до ушей. Эти самые коллеги говорят: если вы хотите понять, кто такой Познер, посмотрите на эту фотографию!

Съемки проходили в Риме, Нью-Йорке, Берлине, Москве.

источник

Первый канал вырезал из передачи Познера политически опасную “прощалку” (ТЕКСТ)

Руководство Первого канала вырезало кусок из последней авторской передачи Владимира Познера. Как телеведущий подтвердил изданию The New Times, из его последнего эфира действительно была удалена часть программы. Как сообщает “Газета.ru” со ссылкой на издание, из программы Познера была изъята традиционная последняя реплика-рассуждение, так называемая “прощалка”.

Как выяснили СМИ, в последний раз Познер в “прощалке” сравнивал положение российского бизнесмена Виктора Бута в тюрьме Таиланда, откуда он недавно был экстрадирован в США, с делами вице-президента НК “ЮКОС” Василия Алексаняна и юриста британского фонда Hermitage Capital Management Сергея Магнитского, которые ведут российские правоохранительные органы.

“Правом снять с эфира что-либо из моей программы, включая саму мою программу, обладает только руководитель Первого канала Константин Львович Эрнст, так что очевидно, что это сделано по его распоряжению. Я не знаю, почему он принял такое решение, – он со мной его не обсуждал”, – сообщил телеведущий. По словам Познера, никаких изменений ни в самой программе, ни в эфирной сетке, “ни в чем серьезном в связи со снятием этой “прощалки” нет и не будет”.

Напомним, Виктор Бут был арестован в Таиланде в марте 2008 года. До 16 ноября, когда Бут был выдан американским властям, он находился в одной из тюрем Таиланда. В США Бута обвиняют в сговоре с целью убийства американских граждан и военнослужащих, нелегальной торговле средствами ПВО и материальной поддержке терроризма. На протяжении двух лет Вашингтон добивался экстрадиции россиянина. Российские власти всячески противились экстрадиции. Сам Бут продолжает отрицать все предъявленные ему обвинения.

Процесс по делу Василия Алексаняна шел с февраля 2008-го, потом он был приостановлен из-за болезни фигуранта и снова возобновлен в январе 2009 года. Алексанян ранее являлся начальником правового управления ЮКОСа. В качестве адвоката он представлял интересы главы ЮКОСа Михаила Ходорковского и бывшего главы компании “ЮКОС-Москва” Василия Шахновского. Его обвиняли в присвоении или растрате чужого имущества, отмывании денежных средств, уклонении от уплаты налогов. 6 июля вступило в силу решение Симоновского суда Москвы о прекращении за истечением сроков давности уголовного дела в отношении Алексаняна.

Сергей Магнитский, находившийся в СИЗО “Бутырка” на протяжении 11 месяцев по обвинению в уклонении от уплаты налогов, скончался от сердечно-сосудистой недостаточности в тюремной больнице CИЗО “Матросская тишина” 16 ноября 2009 года. По данным двух судебных экспертиз, причиной смерти юриста стала острая сердечная недостаточность. По факту его смерти было возбуждено уголовное дело по статьям 124 (неоказание помощи больному) и 293 (халатность) УК РФ. На прошлой неделе Европарламент постановил лишить чиновников и силовиков, причастных к делу Магнитского, виз и зарубежных счетов.

Журнал The New Times опубликовал полную версию не прошедшей цензуру “прощалки” Владимира Познера, сообщает “Эхо Москвы”:

“Чуть ли не главной новостью недели было дело Виктора Бута – российского гражданина, которого по подозрению в нелегальной торговле оружием два года держали в таиландской тюрьме, а потом, в прошлый вторник, совершенно неожиданно экстрадировали в США. Шум поднялся изрядный. Министр иностранных дел Лавров заявил, что США применяют к Буту двойные стандарты. Жириновский и его однопартийцы потребовали разрыва отношений с Таиландом и пересмотра отношений с США. То есть так вступились за российского гражданина, как никогда, что наводит на некоторые мысли. Но бог с ними, с мыслями.

Я не знаю, виновен Бут или невиновен. Это решит суд – американский суд, который, полагаю, не менее объективен, чем суд российский. Мне не нравится ни как поступило правительство Таиланда, ни то, как поступили американские власти. Но во время всей этой шумихи меня не покидало странное чувство, которое я попробую, как ныне говорят, озвучить.

Могут ли другие обращаться по-человечески, пристойно с твоими гражданами, если эти другие видят, что сам ты со своими гражданами обращаешься не по-человечески? О чем я? Да вот о чем.

Возьмем дело бывшего вице-президента ЮКОСа Василия Алексаняна. Сколько его держали в тюрьме, сколько его прессовали, несмотря на тяжелейшее заболевание, – совершенно при этом плюя на мировое общественное мнение. Еще пример. Сколько держали в тюрьме беременную Светлану Бахмину, не давая ей свидания с собственной маленькой дочерью, – совершенно при этом плюя и на мировое общественное мнение, да и на российское тоже. Сколько держали в тюремной камере Сергея Магнитского, отказывая ему в медицинской помощи, в результате чего он в тюрьме и умер, – совершенно не обращая внимания на общественное мнение?

Так вот: когда мир видит, как в России обращаются с людьми, чья вина не доказана, обращаются не то что не по-человечески, а бесчеловечно, следует ли удивляться не совсем корректному – или даже совсем некорректному – обращению мира с российскими гражданами.

И вопрос: когда мы сами бесчеловечно обращаемся со своими гражданами, почему не слышны голоса протеста со стороны все того же Жириновского и иже с ним?

Удачи вам и приятных сновидений”.

В передаче, показанной накануне, в гостях у Владимира Познера побывал cоциолог, футуролог, президент Международной академии прогнозирования, доктор исторических наук, профессор, академик Российской академии образования, председатель Педагогического общества России Игорь Васильевич Бестужев-Лада. Собеседники говорили о будущем России и мира, проблемах технологического прогнозирования.

Как сообщается в кратком обзоре беседы на сайте, речь шла и о политике. В частности, Бестужев-Лада заявил, что для того, чтобы не вернуться обратно к КПСС и не уйти в банановые республики, а стать более цивилизованным государством, в нашей стране “необходимы социал-демократическая и либерально-демократическая партии”.

Как считает социолог, Медведев и Путин пытаются это сделать, оставляя на местах Жириновского и Зюганова, “хотя это смешно”, так как, не будучи оппозицией, лидеры этих двух партий, вынуждены играть ее роль. Ученый высказал уверенность, что России “необходима настоящая оппозиция”. Вместе с тем Бестужев-Лада заявил, что он до сих пор искренний приверженец Медведева и Путина только по той причине, что не видит никого вокруг, кто бы мог составить им конкуренцию.

Как “резали” Владимира Познера

Отметим, что это не первый скандал с вырезанием высказываний Познера в телеэфире. Так, осенью прошлого года из телевизионной версии церемонии вручения престижной премии “ТЭФИ” исчезли слова телеведущего, посвященные отцам перестройки: “Я хочу поблагодарить судьбу. Я ведь пришел на экран, когда мне было 52 года, когда многие подумывают о пенсии. Меня на экран не пускали в советское время. Не будь перестройки и гласности, Михаила Сергеевича Горбачева и Александра Николаевича Яковлева, этого бы не было. Я эти фамилии называю совершенно преднамеренно. Я счастлив, что попал на это время. ” – сказал тогда на церемонии Познер.

источник

Adblock
detector