Меню

Почему не была оккупирована швеция

История со странностями: шведский “нейтралитет”

В преддверии начала нового учебного года в учебных заведениях России педагоги совместно с обучающимися заняты над подготовкой урока мира. И если ещё несколько лет назад, чего уж греха таить, даже в педагогическом сообществе урок мира, проводимый 1 сентября, воспринимался чем-то, скорее, «дежурным», нежели по-настоящему актуальным, то теперь ситуация в корне изменилась. Изменилась, так как само понятие «мир» актуализировано на фоне известных событий. И ведь сложно оставаться вне этой актуализации, когда совсем рядом точно такие же люди на себе испытывают весь тот кошмар, который приносит с собой война: теряют близких и родных, теряют кров, сталкиваются с реинкарнацией идей человеконенавистничества.

Вместе с осознанием того, что урок мира абсолютно в любом учебном заведении страны перестаёт быть «проходным» мероприятием, а по определению должен нести в себе весьма глубинный смысл, обращает на себя внимание возросший интерес молодого поколения (да и не только молодого) россиян к истории. Причины, в принципе те же – события в соседнем государстве, где перевирание истории становится одним из главных локомотивов братоубийственной войны.

В ходе беседы со студентами, задействованными педагогами в ходе подготовки урока мира, коснулись весьма занятной темы. Тема касается того, как в условиях мировых войн одни государства противостоят захватническим кампаниям, а другие, ничтоже сумняшеся, объявляют о своём нейтралитете и вполне спокойно превращают огромное человеческое горе в более чем прибыльный бизнес. Тема показалась актуальной ещё и в связи с тем, что для немалого числа представителей современной обучающейся молодёжи, с которой выпадает возможность поработать, информация о наличии во Второй мировой войне «нейтралов», избежавших нацистской оккупации и необходимости в вооружённом сопротивлении, явилась настоящим откровением. И один из озвученных вопросов приведу дословно, тем более что он, как говорится, не в бровь, а в глаз: «А что, так можно было?» Не то что бы молодой человек, задавший такой вопрос, хотел сказать, что СССР тоже должен был объявлять о нейтралитете, просто речь идёт о вполне объяснимом удивлении, которое сам факт возможности объявления нейтралитета в МИРОВОЙ войне способен вызвать.

Историография сообщает нам о том, что одним из государств Европы, провозгласивших нейтралитет во Второй мировой войне, являлась Швеция. Об этом государстве и его «нейтральности» в материале и пойдёт речь. Чтобы предмет обсуждения был, что называется, проиллюстрирован, стоит сразу же представить эту занимательную фотографию.

Фотограф сообщает, что на фото запечатлена дипломатическая миссия Третьего Рейха в мае 1945 года в шведской столице. На флагштоке, венчающем дипмиссию, можно увидеть приспущенный флаг гитлеровской Германии в связи с (внимание!) смертью Адольфа Гитлера… Казалось бы, это какая-то фантасмагория, театр абсурда: победа союзников, май 1945-го, нейтральная Швеция и вдруг – оплакивание смерти главного идеолога чудовищной по своим масштабам кампании, унесшей жизни десятков миллионов человек по всему миру. Всего один вопрос: Как же так.

Но на этот вопрос на самом деле легко ответить. По большому счёту Швеция в годы Второй мировой войны, декларируя свой нейтралитет, вовсе не собиралась быть нейтральной. Вполне определённые симпатии нацистской Германии и её лидеру проявили себя в середине 30-х. Чего уж греха таить, в то время аплодировали речам Гитлера и вскидывали руку в нацистском приветствии не только граждане Германии…

Даже оккупация соседней о Швецией Норвегии гитлеровцами, начавшая с 1940 года, не вызвала у «нейтрального Стокгольма негативной реакции. После нескольких встреч «нейтрального» шведского короля Густава V с представителями верхушки Третьего Рейха «независимые» шведские газеты и журналы как по взмаху дирижёрской палочки вдруг прекратили публикацию статей, в которых содержался бы хоть какой-то намёк на критику действий нацистов в Европе. Всё это было названо “временной цензурой в связи с военной ситуацией в Европе”.

А за несколько лет до этого шведская церковь начинает высказываться в том духе, что национал-социалисты гитлеровской Германии «идут правильным путём, так как борются за чистоту арийской расы». При этом шведская церковь примерно с 1937-1938 гг. официально распространяет циркуляр, в котором священникам на местах запрещалось благословлять браки между этническими шведами и представителями так называемых «унтерменшей» – евреями, славянами и др. Такая информация стала достоянием общественности уже после окончания Второй мировой войны благодаря исследованиям, проведённом в одном из старейших вузов Швеции – Лундском университете.

Из более давней истории: Швеция объявила себя внеблоковым государством в мирное время и нейтральным государством во время военное ещё в начале XIX века. Произошло это в 1814 году сразу после подписания соглашения о перемирии с Норвегией. Декларация о шведском нейтралитете была официально провозглашена в 1834 году королём Карлом XIV Юханом (основателем до сих пор правящей в Швеции династии Бернадотов). Примечательным фактом можно считать то, что о внеблоковом статусе Швеции и её суверенитете на случай большой войны объявил человек, урождённый как Жан-Батист Жюль Бернадот, в начале XIX века получивший чин Маршала Империи в наполеоновской армии. Жан-Батист Жюль Бернадот участвовал в сражении под Аустерлицем. В 1810 году Бернадот был уволен со службы во Франции и, как сообщают историки, официально приглашён на пост шведского и норвежского монарха «в связи с его гуманным обращением к шведским пленным». Уже после восхождения на шведский престол новоиспечённый Карл XIV Юханн заключил союз с Россией и начал воевать на стороне антинаполеоновской коалиции… После всех этих метаний короля-маршала, как сообщается, и потянуло к провозглашению нейтрального статуса Шведского королевства, которым Швеция умело пользовалась.

Возвращаясь к событиям времён Второй мировой войны, необходимо отметить, что «заветы» Карла XIV Юхана применялись исключительно с прагматической точки зрения. Так, внук короля Густава V, правившего Швецией с 1907 по 1950 гг, Густав Адольф (герцог Вестерботтенский) известен тем, что до начала и во время ВМВ, вёл активную «дипломатическую» работу с представителями Третьего Рейха.

Среди тех, с кем встречался герцог, были такие персоны как, например, Герман Геринг и Адольф Гитлер. Эти встречи, нужно отметить, и предопределили весьма странный (если не сказать больше) нейтралитет шведской короны. Первая обращающая на себя внимание «нейтральная» договорённость – контракт на поставки в Рейх шведской железной руды, который вовсе не был расторгнут после начала гитлеровской экспансии на Европейском континенте.

Обращает на себя внимание и то, что о своём нейтралитете заявила и соседняя со Швецией Норвегия. И если в ходе Первой мировой войны норвежцам удалось «выехать» на декларации о нейтральном статусе, то ВМВ сделать того же норвежцам не позволила. Через норвежский «нейтралитет» Гитлер перешагнул вполне спокойно – объявив о том, что Норвегия нуждается в защите от «вероятной агрессии Великобритании и Франции». Началась операция Weserübung-Nord, в ходе которой у официального Осло Берлин, конечно же, не стал интересоваться, а так ли нуждается Норвегия в «защите от вероятной агрессии британцев и французов».

А вот через «нейтралитет» Швеции Берлин перешагивать не стал… Ну, как не стал… Об этом чуть ниже. Большинство шведских историков объявляют, что, мол, нейтралитет Швеции в ВМВ «понятен», ведь в Швеции проживали всего около 6 с небольшим миллионов человек, а потому тягаться с мощным Третьим Рейхом страна не могла себе позволить, идя на все уступки Берлину. Интересное заявление… Интересное, особенно исходя из того, что численность населения той же Норвегии на тот момент было ещё меньше, но при этом, во-первых, нейтралитетом норвежцев быстро, простите, подтёрлись власти Третьего Рейха, а, во-вторых, и сами норвежцы организовали более или менее “внятное” движение сопротивления гитлеровской оккупации.

Так вот о «нейтралите» Швеции… По сути, это был типичный факт приспособленчества, при котором Швеция была де-факто оккупирована, но только не в военном, а в политическом смысле. И этой гитлеровской оккупацией власти страны были вполне довольны. Ведь для них растущая Германия представляла собой великолепный рынок сбыта того, что добывалось или создавалось шведскими компаниями. Продавали по сходной цене не только сырьё – ту же железную и медную руду, но и созданные шведскими компаниями товары. Для оснащения немецкой техники использовали шведские подшипники. В Рейх шли корабли с металлопрокатом, оружием, станками, пиломатериалами. При этом Швеция через целую сеть финансовых агентов кредитовала экономику гитлеровской Германии, предварительно заблокировав выдачу кредитов соседям в Норвегии. Другими словами, экономически Швеция делала всё для того, чтобы нажить дивиденды на военных успехах нацистской Германии и её товарно-денежных запросах.

Читайте также:  Почему видеокарта сбрасывает частоту gpu

Из шведских официальных источников об объёмах поставок товаров нацистской Германии (1938-1945 гг.):

железная руда: 58 млн. тонн,
целлюлоза – 7 млн. тонн,
подшипники – 60 тыс. тонн,
пиломатериалы – 13-14 млн. кубометров,
автотехника и зенитные орудия – более 2 тыс. единиц.

Грузы поставлялись в Рейх под охраной немецких и шведских военных кораблей. Несколько шведских судов (“Ada Gorthon”, “Luleå” и др.) с грузом железной руды, предназначавшимся для Германии, были потоплены советскими подводными лодками. После этого шведские патрульные корабли сбросили в море около 26 «нейтральных» глубинных бомб с целью нанести ущерб советским субмаринам. Видимо, ещё с тех пор к поиску советских (российских) подводных лодок у Швеции особенная страсть…

Дальше – больше. «Нейтралитет» Швеции трансформировался в создание в стране так называемых добровольческих батальонов, которые выступили на стороне гитлеровцев. Шведское вооружённое формирование Svenska frivilligbataljonen начало оформляться в реальную силу, действующую в составе войск гитлеровской коалиции сразу же после нападения Германии на Советской Союз. Подготовку шведские «добровольцы» проходили на финской территории – в Турку.

В начале октября 1941 года батальон шведский нацистов посетили Густав V и Густав Адольф (герцог Вестерботтенский), высоко оценив его «нейтральные» действия на стороне союзников гитлеровцев в районе Ханко… А уже примерно через месяц шведский монарх направляет Гитлеру поздравительную телеграмму, в которой выражает восхищение действиями немецкой армии по «разгрому большевизма».

А вот после разгрома гитлеровцев под Сталинградом и Курском «нейтральная» Швеция вдруг меняет курс. Стокгольм сообщает своим немецким друзьям о том, что вынужден блокировать морские пути, по которым ранее через шведские территориальные воды следовали немецкие военные корабли и транспортные суда. Как говорится, Стокгольм почувствовал ветер перемен, и как флюгер среагировал практически мгновенно. В октябре 1943 года в Швеции был отменён циркуляр о запрете на браки с «унтерменшами», а евреям, покинувшим королевство, было разрешено вернуться обратно. При этом посольство Третьего Рейха закрывать не стали (на всякий пожарный…), вдруг Рейх воспрянет.

Немаловажным фактом «нейтралитета» Швеции можно считать то, что по запросу СССР в 1944-1945 гг. Стокгольмом были выданы около 370 немецких и прибалтийских военнослужащих гитлеровских войск, которые, как сообщала Москва, причастны к военным преступлениями на территории Северо-Запада СССР, включая Прибалтийские республики. Как видно, шведский флюгер среагировал и здесь…

За время войны экономика Швеции не только не подверглась серьёзному испытанию, а очень даже приобрела. При этом средние размеры заработка шведских рабочих сократились, однако сокращение это в реальном исчислении составило всего около 12% за 6 лет в то время как экономики большинства стран Европы, как и сами страны, лежали в руинах. Банковский сектор Швеции вырос вместе с крупными промышленными компаниями, осуществлявшими поставки товаров в Германию.

Можно констатировать, что и сегодняшний внеблоковый статус Швеции – это очередная декларативная «притча», за которой прекрасно просматриваются реальные интересы и симпатии Стокгольма… Такая история.

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

источник

Почему Гитлер не оккупировал Швейцарию?

Первая мировая война привела к крушению четырёх империй – Германской, Австро-Венгерской, Османской и Российской. Разрушение экономики, обнищание широких слоёв населения послужили причиной радикализации партий и общественных движений.

В 1917 году в России победила большевистская революция. Вслед за этим коммунисты пришли к власти в Германии, Венгрии и Словакии. В 1918 – 1922 гг. советские республики возникали как грибы после дождя, их общее число превысило 50 (в основном на территории бывших Российской, Германской и Австро-Венгерской империй, а также в Персии и Великобритании). В 1919 году по инициативе В. И. Ленина был создан Коммунистический интернационал (Коминтерн) – международная организация, ставившая своими целями свержение капитализма, установление диктатуры пролетариата, создание всемирной Советской республики.

На противоположном фланге во многих странах стали заметны националистические партии и организации правого толка. Несмотря на схожесть подходов в построении «идеального общества» (в частности, и националисты, и коммунисты негативно относились к парламентской демократии; и те, и другие тяготели к насильственной смене власти), в идеологии между двумя полюсами политического спектра находилась пропасть. Коммунисты мечтали о «рае на земле» для всего человечества, националисты – для одной, «избранной» нации. Во многих европейских странах в 1920-х годах националистические организации активно боролись с коммунистами, иногда с использованием оружия.

Уже в 1920 году Гитлер, выступая в огромном пивном зале в Мюнхене, огласил «Двадцать пять пунктов», которые впоследствии стали программой нацистской партии. Противостояние коммунистическому влиянию было одним из основных пунктов программы НСДАП.

К 1923 году в Германии сложилась ситуация, схожая, по мнению руководства Коминтерна, с ситуацией в России в 1917-м. Коммунистическая партия завоевала сильное влияние среди рабочего класса страны. На осень 1923 года Коминтерн планировал вооружённое восстание с целью захвата власти в Веймарской республике, которое, однако, сорвалось. Начиная с 1924-го года влияние коммунистической партии постепенно снижалось, а влияние НСДАП, занимавшей противоположные позиции, напротив, росло. Придя к власти в 1933 году, Гитлер продолжил усилия по борьбе с коммунистами.

В 1936 году Германия и Япония заключили между собой Антикоминтерновский пакт, направленный против дальнейшего распространения коммунистической идеологии в мире. В 1937 году к Пакту присоединилась Италия, позднее – ещё около десяти государств.

В 1940 году на смену Антикоминтерновскому пакту пришёл Тройственный пакт «о разграничении зон влияния при установлении нового мирового порядка и военной взаимопомощи», изначальными подписантами которого выступили Италия, Германия и Япония. Традиционно все страны, присоединившиеся к Тройственному пакту, называются странами «оси», или странами гитлеровской коалиции, или странами Тройственного союза. Антикоминтерновский пакт, закрепивший политический союз Германии и Японии, считается предтечей Тройственного пакта, который был уже военным союзом подписавших его стран.

В числе основных постулатов, с которыми Гитлер пришёл к власти, было неприятие условий Версальского мирного договора, унизительного для Германии. Гитлер собирался заложить фундамент для неограниченно долгого процветания немецкой нации. Для этого нужно было обеспечить «жизненное пространство», очищенное от ненемецкого населения. Германия стала готовиться к новой войне.

К 1939 году на стороне Гитлера в Европе было шесть государств (Болгария, Венгрия, Германия, Италия, Румыния, Финляндия). Подавляющее большинство оставшихся (Албания, Бельгия, Греция, Дания, Люксембург, Нидерланды, Польша, Франция, Чехословакия, Югославия) были завоёваны Германией и её союзниками в течение 1939 – 1941 годов. Также к Германии были присоединены Австрия, вольный город Данциг, Мемельский край и некоторые другие территории. У завоёванных стран был разный статус: в некоторых были созданы марионеточные правительства с ограниченным суверенитетом, другие вошли в состав Третьего Рейха. Если не брать в расчёт партизанские движения в ряде стран, то к 1942 году сражаться с Германией в Европе продолжали только СССР и Великобритания. И всего пять государств сохраняли нейтралитет – четыре на окраинах Европы (Испания, Португалия, Ирландия, Швеция) и Швейцария – в самом её центре, прямо между союзниками по Тройственному пакту – Германией и Италией [1] .

Испания и Португалия к началу Второй мировой войны поддерживали дружественные отношения; в обеих странах у власти находились авторитарные лидеры, жёсткой рукой проводившие фашистскую политику. В историографии принято различать термины «фашизм» и «национал-социализм», хотя на бытовом уровне они часто смешиваются. Родиной фашизма была Италия. Здесь в 1924 году на выборах в парламент страны победила созданная за три года до этого Национальная фашистская партия во главе со своим харизматичным лидером Бенито Муссолини. Важной отличительной чертой фашизма был корпоративизм – идея об объединении всех возможных социальных групп для достижения общей цели (процветания государства). Позднее похожие режимы появились в Аргентине, Бразилии, Венгрии, Испании, Португалии, Румынии и других странах. Для всех них были характерны национализм, корпоративизм, антикапитализм, запрет всех политических партий, кроме находящейся у власти, авторитарный стиль управления. Сам термин «фашизм» происходит от латинского слова «фасция» (пучок вязовых или березовых прутьев, являвшихся символом римской администрации). Муссолини и другие идеологи итальянского фашизма, желая подчеркнуть преемственность с Древним Римом, заимствовали многие атрибуты великого государства античности: фасции как символ власти, приветствие в виде вскидывания вверх-вперёд вытянутой правой руки, эмоциональные выступления перед толпой граждан с балконов зданий, скандирование коротких приветствий во славу вождя, ночные факельные шествия и др. Многие из этих атрибутов были заимствованы позднее Гитлером и другими вождями авторитарных режимов первой половины XX века. Ключевое отличие фашистских режимов от германского национал-социализма заключалось в неприятии идеи физического уничтожения евреев. Во всех фашистских государствах проводилась политика национализма, во многих из них в отношении политических противников применялись репрессии. В некоторых странах проводились еврейские погромы, но ни в одной стране, кроме Германии, политика физического уничтожения евреев, равно как и представителей любой другой социальной группы, не вводилась в качестве одного из основных идеологических стержней. Например, итальянский лидер Бенито Муссолини в середине 1920-х годов положительно отзывался о евреях; евреи входили в верхушку итальянской фашистской партии. Постепенно под давлением Германии в Италии были приняты расовые законы, которые, однако, выполнялись не всегда и без немецкой тщательности. Итальянские власти нехотя ловили евреев и намеренно плохо их охраняли, давая возможность арестованным сбежать по пути в лагеря. Депортация итальянских евреев началась только после оккупации части Италии Германией в 1943 году.

Читайте также:  Почему между буквами большое расстояние

Лидеры Испании и Португалии, Франсиско Франко и Антониу ди Салазар, испытывали глубокую неприязнь к коммунистам и преследовали своих политических противников. Однако, несмотря на негативное отношение к коммунистам и, в частности, к большевикам, несмотря на симпатии к Гитлеру, обе страны раз за разом мягко отклоняли призывы немецкого лидера выступить в войне на стороне Германии. Ни в Испании, ни в Португалии не было принято антисемитских законов, и евреям-беженцам из оккупированных стран негласно разрешалось пребывать на территории Иберийского полуострова, а также использовать испанские и португальские порты для эмиграции за пределы континентальной Европы.

Испания изъявляла куда большее желание присоединиться к Тройственному пакту, чем Португалия. Таким образом Франсиско Франко хотел отблагодарить Гитлера, который за несколько лет до этого помогал ему войсками и военной техникой во время испанской Гражданской войны (июль 1936 – апрель 1939 гг.). Однако ослабленную гражданской войной Испанию лихорадили многочисленные восстания и голодные бунты. Многие крупные города и промышленные предприятия были разрушены. Страна была слишком слаба, чтобы воевать.

Португалия, дольше всех из европейских держав – до середины 1970-х годов – сохранявшая контроль над своими заморскими территориями, поддерживала относительно высокий уровень жизни в метрополии за счёт торговли с колониями, в первую очередь – за счет вывоза сырья из своих крупнейших владений, Анголы и Мозамбика. К началу Второй мировой войны у Португалии отсутствовал сколь-нибудь крупный военный флот; таким образом, в случае присоединения к военным действиям на стороне Германии, торговый флот страны подвергался риску уничтожения со стороны союзников. Вступление Португалии в войну ставило под угрозу как уровень жизни метрополии, так и сохранение колоний, так как без флота невозможно было бы поддерживать ни торговые, ни административные связи с удалёнными за тысячи километров территориями.

Историки полагают, что португальский лидер Антониу ди Салазар уговорил Франко сохранять нейтралитет. При этом в 1940-1943 гг. Испания официально меняла свой статус с «нейтральной страны» на «невоюющую». Возможно, смена статуса отражала сомнения испанского лидера относительно целесообразности присоединения к странам «оси». Тем не менее, официально в войну Испания так и не вступила. На фронт была отправлена только сформированная из числа испанских добровольцев “Голубая дивизия”, которая принимала участие в военных действиях на стороне Германии на Восточном фронте в 1941 – 1943 гг. Дивизия воевала в основном под Ленинградом и была расформирована после поражения Германии в битве под Курском, когда исход войны был уже предрешён. Оставшиеся в живых испанские военнослужащие были возвращены домой.

Третьей нейтральной европейской страной была Ирландия. Во время Второй мировой войны все государства-члены Британского содружества, вслед за Лондоном, объявили войну странам «оси». Ирландия была единственным исключением.
В течение длительного времени Ирландия страдала от английской колонизации. В 1801 году эта страна была присоединена к Британской империи, и с тех пор ирландцы предпринимали несколько попыток обрести независимость.

Сразу после окончания Первой мировой войны, в начале 1919 года, депутаты британского парламента ирландской национальности провозгласили себя полномочным парламентом Ирландии, объявили суверенитет и потребовали немедленного вывода британских войск с территории своего острова. Параллельно военизированное подразделение ирландских националистов, Ирландская республиканская армия, начала активные боевые действия вначале против британской полиции, а позднее и против армии. В течение 1919 – 1921 годов в стране шла война за независимость, по итогам которой Великобритания признала суверенитет Ирландии [2] . При этом северо-восточная, наиболее развитая часть острова с большой долей английского протестантского населения, осталась в составе Соединённого Королевства.

Лишь недавно получившая независимость Ирландия, сохраняя территориальные претензии к бывшей метрополии, отказалась участвовать в войне на одной стороне с Великобританией. Крайняя малочисленность ирландской армии (менее 20 000 человек, треть из которых составляли волонтёры) и плохая её вооружённость (во всей армии было всего 2 легких танка, 21 бронированный автомобиль и 21 самолёт) стали дополнительными аргументами в пользу сохранения нейтралитета.

Четвёртой страной, не принимавшей участия во Второй мировой войне, была Швеция. Поддерживая нейтралитет, шведское правительство сотрудничало как со странами «оси», так и с антигитлеровской коалицией. Помогая Германии, Швеция пропускала немецкие войска из Норвегии в Финляндию, а также снабжала Рейх промышленным сырьём и готовой продукцией для нужд войны: железной рудой, шарикоподшипниками, электрооборудованием, инструментами, целлюлозой, а в отдельных случаях – вооружением и военной техникой. Вклад Швеции был велик: до 1945 года эта страна была крупнейшим торговым партнером Германии. Поставки из Швеции обеспечивали 40% всех потребностей Рейха в железной руде и 25% в подшипниках. Кроме того, по просьбе Гитлера Швеция реэкспортировала иностранные товары в Германию, а также до 1943 года не принимала еврейских беженцев из Европы.

Помогая союзникам, Швеция предоставляла разведывательную информацию. Например, в 1941 году шведские моряки информировали англичан о выходе в море линкора «Бисмарк». Надежда и гордость германского флота была потоплена силами британских ВМС в течение недели после начала своего первого похода.

Представитель шведской политической элиты, Рауль Валленберг, будучи первым секретарём посольства Швеции в Будапеште, снабжал евреев «защитными паспортами» – документами, придуманными самим Валленбергом и не имевшими никакой юридической силы, но выглядящими как настоящие – с шведским гербом, печатями и подписями. Владельцы таких паспортов получали право репатриироваться в Швецию, а до отъезда в Швецию обладатели этих документов получали иммунитет от отправки в «лагеря смерти». Документально зафиксирован случай, когда Валленберг приехал на железнодорожную станцию в момент погрузки венгерских евреев в Освенцим и стал раздавать «защитные паспорта». Раздав все имевшиеся у него документы, он потребовал от охранников из числа членов местной фашистской организации «Скрещенные стрелы» снять всех обладателей «защитных паспортов» с поезда. В результате только этой дерзкой операции было спасено 52 человека. Считается, что усилия Рауля Валленберга спасли жизнь десяткам тысяч венгерских евреев.

Пятой европейской страной, сохранявшей нейтралитет во время Второй мировой войны, была Швейцария. И если первые четыре страны – Испания, Португалия, Ирландия, Швеция – в силу своей удаленности не представляли для Третьего Рейха большого интереса, то расположенная на заднем дворе у Германии Швейцария была для Гитлера лакомым кусочком. Присоединение Швейцарии к Третьему рейху сейчас, глядя из XXI века, кажется оправданным и с военной, и с логистической точек зрения. Ведь в этой стране была развитая промышленность и огромные запасы золота в банковских хранилищах, кроме того, через Швейцарию проходили важные транспортные коридоры, соединявшие Германию с Италией. Кажется, что Швейцария не смогла бы долго сопротивляться, ведь её экономика была уязвима и сильно зависела от импорта. К началу Второй мировой войны эта горная страна ввозила из-за рубежа почти все сырьё для промышленности и 100% энергоносителей. Импорт продовольствия составлял около 20%, при этом, даже сохранив нейтралитет, швейцарские власти были вынуждены ввести в 1939 году карточную систему, постепенно распространяя её на всё большее и большее количество товаров. Все транспортные каналы, по которым поступало сырьё и продовольствие, находились под контролем Германии и её союзников. Что же уберегло Швейцарию от немецкой оккупации?

Швейцарская конфедерация начала собираться в 1291 году. Впервые свой нейтралитет страна провозгласила в 1516 году, когда заключила с Францией «вечный мир», по условиям которого отказывалась от нападений на французские или итальянские территории. Швейцария не участвовала в Тридцатилетней войне (1618 – 1648), в которую были вовлечены почти все европейские государства. Во время Великой французской революции и наполеоновских войн стране, правда, пришлось отказаться от нейтралитета, так как часть её территории была присоединена к Франции. Но с этого момента, то есть с 1815 года, Швейцария не принимала участия ни в каких войнах – ни на территории Европы, ни за её пределами. Швейцария также является одной из немногих европейских стран, у которой никогда не было колоний. Однако нейтральный статус, как правило, не удерживал Гитлера от агрессии – Бельгия, Люксембург и Нидерланды, а также Норвегия с Данией тоже были нейтральными странами, но все они были завоеваны.

Читайте также:  Бахти почему ты не моя

Сохранению независимости Швейцарии помогло сочетание нескольких факторов.
Во-первых, на стороне Швейцарии были географическое положение и климат. План по военному захвату альпийской республики был разработан по личному распоряжению фюрера летом 1940 года. Вторжение было запланировано на осень 1940 года, вскоре после капитуляции Франции. “Die Schweiz, das kleine Stachelschwein, nehmen wir auf dem Ruckweg ein” ( Мы возьмём Швейцарию, этого маленького дикобраза, по пути домой – нем.), – так немецкие солдаты высказывались по поводу присоединения к Третьему рейху страны, чей контур отдалённо напоминает взъерошенного дикобраза. Планировалось быстрым натиском рассеять швейцарские войска, не допустив затяжной войны в горах. После этого предполагалось, что немецкая армия легко займет Берн и Цюрих. Вермахт уже выдвинул несколько дивизий для вторжения в Швейцарию, но в последний момент операция была отменена.
Одной из главных причин отказа от захвата Швейцарии являлось упущение подходящего момента для военной операции осенью 1940 года. Зимой климат горной Швейцарии не позволил бы осуществить быстрый захват страны, а затяжная военная кампания не входила в планы Гитлера. Позже вопрос об оккупации Швейцарии потерял свою актуальность, так как основные силы были брошены на захват Греции (весна 1941 г.), а с начала лета 1941 года – на СССР.

Вторым фактором был язык. Для двух третей швейцарцев родным языком был немецкий. Гитлер воспринимал себя объединителем всех немецких народов, как на территории Германии, так и многочисленных фольксдойче – этнических немцев, издавна проживавших на территории других стран. Он не был готов воевать против немецкоговорящей страны.

Третьим фактором, способствовавшим сохранению независимости Швейцарии, был местный менталитет. Несмотря на общность языка, швейцарцы – даже немецкоязычные – не ощущали себя единым народом с немцами. Больше того, по мере развития национал-социализма в Германии, швейцарцы всё острее и отчётливее стали ощущать собственную национальную идентичность. В Швейцарии было отделение германской НСДАП, однако её влияние было ограниченным. По мере того, как нацизм разворачивался в Германии, в Швейцарии усиливался патриотизм. После аншлюса Австрии в 1938 году швейцарские газеты и национальное радио служили единственными немецкоязычными трибунами для общественной критики нацистской идеологии. Росло влияние левых партий. К концу 1930-х годов не только эмигранты и швейцарские интеллектуалы, но и большинство населения Швейцарии были критически настроены по отношению к политике нацистской Германии. К этому времени о добровольном вхождении Швейцарии в состав Третьего рейха уже не могло быть и речи. Неприятие идеологии НСДАП и методов достижения нацистской партией своих политических целей повлекло за собой повышение интереса к национальным ценностям и готовность их защищать. Для обозначения этого публичного движения был принят термин «Духовная оборона», в рамках которой десятки общественных организаций популяризировали традиционные ценности Швейцарии и её государственного уклада: федерализм, равноправие, терпимость, демократию, многопартийность, а также богатства её культуры. Патриотизм помог швейцарцам сплотиться и почувствовать моральную необходимость сопротивляться возможной внешней агрессии.

Четвёртым фактором была особенность швейцарской армии. Несмотря на то, что Швейцария более 120 лет оставалась нейтральной страной, и у швейцарских солдат и офицеров не было боевого опыта, степень готовности армии к войне была высокой [3] .
К началу Второй мировой войны в Швейцарии было десять пехотных дивизий, которым, согласно разработанному летом 1940-го года плану, противостояли две горнострелковых, шесть танковых и моторизованных, восемь пехотных дивизий вермахта. Хотя немцы превосходили швейцарские вооруженные силы в артиллерии, танках и авиации (по танкам превосходство было более чем десятикратным), для установления контроля над страной им пришлось бы воевать с многочисленной и прекрасно обученной пехотой. С момента создания современной Швейцарской конфедерации в середине XIX века вооружённые силы страны формировались по милиционной схеме комплектования: сохранялась небольшая постоянная армия, при этом все взрослое мужское население регулярно призывалось на военные сборы. В случае необходимости армия могла быть полностью отмобилизована в течение двух суток [4] . Стрелковое оружие швейцарцев не уступало, а зачастую и превосходило лучшие образцы немецкого стрелкового оружия первых лет войны, а высокий уровень владения им швейцарской пехоты был общепризнанным. Зимняя война СССР с Финляндией в 1939 – 1940 гг. показала, что небольшие силы стрелковых частей могут успешно противостоять превосходящей в численности и снаряжении армии противника. Патриотизм и моральный дух швейцарцев также были на высоте.

Понимая, что в классическом сражении невозможно противостоять немцам, командование швейцарской армии разработало концепцию обороны, получившую название «Национальный редут». Согласно этой концепции, задачей вооружённых сил была не оборона границ страны, а создание ситуации, в которой оккупация Швейцарии представлялась бы противнику слишком дорогостоящим и даже не имеющим смысла предприятием. С этой целью линия обороны заранее переносилась с равнин в горы, где спешно строились многочисленные фортификационные сооружения, способные противостоять пехоте и танкам противника. Горные дороги и тоннели минировались и подготавливались к взрывам.

Пятой причиной, послужившей сохранению независимости, была особая децентрализованная форма государственного управления. Швейцарское правительство не имело общего центра, и даже президент конфедерации не располагал достаточными полномочиями, чтобы признать капитуляцию страны. По существу, гражданам Швейцарии была дана инструкция относиться к любому сообщению о капитуляции как к вражеской пропаганде и сражаться до конца.

Шестой причиной была транспортная система Швейцарии. Через территорию альпийской республики проходили три из четырёх горных проходов, связывавших Италию и Германию. В случае вторжения швейцарцы могли взорвать горные дороги, мосты и тоннели, что сделало бы сообщение между главными членами «оси» более дорогим и уязвимым. При этом Италия критически зависела от поставок германского угля.

В ходе французской кампании (май-июнь 1940 г.) самолёты люфтваффе и французских ВВС неоднократно по ошибке пересекали границы воздушного пространства Швейцарии. Поначалу швейцарские лётчики выпроваживали нарушителей, не встречая сопротивления с их стороны. Постепенно немецкие пилоты стали вести себя более агрессивно, отказываясь выполнять требования швейцарцев. В июне-июле 1940-го года состоялось несколько воздушных боёв между швейцарскими ВВС и люфтваффе. Общий счёт был 8:3 в пользу швейцарцев – к огромному сожалению Гитлера, расстраивавшемуся, что немецкие самолеты были сбиты швейцарскими летчиками на сделанных в Германии машинах. Возмущённая Германия прислала дипломатическую ноту с открытой угрозой в сторону Швейцарии: «Правительство Рейха не намерено больше тратить слова, но будет защищать германские интересы иными способами, если подобные события произойдут в будущем». В ответ главнокомандующий вооружёнными силами Швейцарии издал приказ, запрещавший перехват любых самолётов над территорией Конфедерации. В тот же день была дана команда приступить к развёртыванию швейцарских войск в глубине страны для обороны от возможного нападения со стороны Германии и Италии (упоминавшийся уже ранее план «Национальный редут»). В середине лета 1940 г. страны «оси» и Швейцария балансировали на грани войны.

Как бы там ни было, к августу 1940 года Гитлер, видимо, пришел к выводу о целесообразности сохранения Швейцарии в качестве независимого государства. Тогда же было подписано соглашение, согласно которому Швейцария:
– предоставляла режим наибольшего благоприятствования для транзита немецких грузов, включая военные, через свою территорию;
– предоставляла Германии долгосрочный кредит на крупную сумму;
– снабжала Германию продукцией своего точного машиностроения (в частности, прицелами для бомбардировщиков и элементами систем наведения торпед);
– соглашалась обменивать полученное из Германии золото на швейцарские франки (прекрасно понимая, что оно конфисковано в оккупированных странах или отнято у евреев).
Следует отметить, что из всех нейтральных стран именно в Швейцарии действовало наибольшее количество иностранных разведок и секретных агентов. Здесь происходило множество тайных встреч и переговоров, невозможных на территории воюющих сторон. Представители германской верхушки, желающие выйти «сухими из воды», были крайне заинтересованы в сохранении такой площадки (особенно после перелома во Второй мировой войне).

Итак, что же повлияло на сохранение независимости Швейцарии во Второй мировой войне? Рельеф, климат, высокая выучка армии, готовность населения защищать страну сделали возможную войну слишком дорогой для Германии. Гитлеру оказалось проще договориться с Швейцарией, получая при этом практически всё, что он мог бы получить путём завоевания.

источник

Adblock
detector