Меню

Куприн поединок почему гибнет ромашов

LiveInternetLiveInternet

Рубрики

  • ЖЗЛ (1318)
  • Россия (181)
  • Франция (159)
  • Италия (122)
  • Англия (110)
  • США (98)
  • Германия (74)
  • Нидерланды (67)
  • Дания (48)
  • Польша (44)
  • Украина (37)
  • Швеция (37)
  • Испания (36)
  • Другие (33)
  • Австрия (29)
  • Бельгия (26)
  • Финляндия (26)
  • Венгрия (25)
  • Австралия (18)
  • Чехия (15)
  • Япония (15)
  • Норвегия (14)
  • Прибалтика (13)
  • Мексика (11)
  • Греция (10)
  • Канада (10)
  • Швейцария (10)
  • Литва (9)
  • Грузия (8)
  • Ирландия (4)
  • Сербия (4)
  • Шотландия (3)
  • Куба (2)
  • Тематические подборки живописи (978)
  • Война (77)
  • Сбор урожая (43)
  • Курение (39)
  • Виноград (38)
  • Школа (28)
  • Чулки (26)
  • Велосипед (23)
  • Качели-карусели (22)
  • Газета (22)
  • Арбуз (21)
  • Письмо (20)
  • Красный зонт (20)
  • Свидание (18)
  • Коляска (17)
  • Камин (17)
  • Колодец (17)
  • Любви все возрасты покорны (16)
  • Зеркало (15)
  • Пляж (15)
  • Стог сена (15)
  • Грибы (15)
  • Спорт (15)
  • Мороженое (12)
  • Красота и здоровье (11)
  • Поцелуй (11)
  • Абсент (10)
  • Смех (10)
  • Сенокос, жатва (9)
  • Венок (9)
  • Пасека (9)
  • Часы (9)
  • Свеча (9)
  • Коромысло (9)
  • Ванна (8)
  • Баня (8)
  • День космонавтики (7)
  • Очки (7)
  • Радуга (7)
  • Зонт (7)
  • Бабушкин сундук (5)
  • Пожар (4)
  • Рыбный день (3)
  • Духи (3)
  • Фонарь (3)
  • Печи и печки (1)
  • Живопись о живописи (471)
  • Мастерская художника (309)
  • Женщина за мольбертом (49)
  • Юные художники (48)
  • Музеи и выставки (38)
  • Автопортрет за работой (11)
  • Памятники (3)
  • Женщины-художницы (323)
  • Автопортрет (220)
  • Все профессии важны (196)
  • Пряха, швея, ткачиха (27)
  • Цветочница (18)
  • Прачка (13)
  • Учитель (12)
  • Почтальон (11)
  • Продавец (10)
  • Врач (9)
  • Парикмахер (9)
  • Пекарь (8)
  • Фотограф (8)
  • Дворник (5)
  • Трубочист (5)
  • Портной (4)
  • Сапожник (4)
  • Разносчик газет (3)
  • Шахтер (3)
  • Зубной врач (стоматолог) (3)
  • Молочница (3)
  • Кузнец (3)
  • Гончар (2)
  • Повар (2)
  • Кино (195)
  • Фильмы о художниках (77)
  • Бюро пропаганды киноискусства (68)
  • Артисты-художники (17)
  • Фильмы о войне (8)
  • Праздники и традиции (194)
  • Рождество и святки (53)
  • Масленица (32)
  • Карнавал (28)
  • Пасха (19)
  • Ивана Купала (12)
  • День рождения (10)
  • Вербное воскресенье (10)
  • Легенды и мифы (174)
  • Саломея (24)
  • Юдифь и Олоферн (15)
  • Русалка (13)
  • Клеопатра (10)
  • Иосиф и жена Потифара (6)
  • Самсон и Далила (6)
  • Иаиль и Сисара (5)
  • Нарцисс (4)
  • Икар (3)
  • Даная (3)
  • Музы (2)
  • Музыкальные инструменты (169)
  • Гитара (27)
  • Скрипка (17)
  • Гармонь, баян, аккордеон (14)
  • Арфа и лира (11)
  • Восточные инструменты (10)
  • Пианино, рояль, клавесин и орган (9)
  • Виолончель (9)
  • Лютня (8)
  • Флейта (8)
  • Волынка (8)
  • Бубен, тамбурин (7)
  • Кобза, бандура (6)
  • Шарманка (6)
  • Колесная лира (5)
  • Балалайка (5)
  • Саксофон (3)
  • Мандолина (3)
  • Гусли (2)
  • Банджо (2)
  • Леди в . (167)
  • Танец в живописи (147)
  • Балет (53)
  • Танцы народов мира (41)
  • Танец ХХ века (19)
  • Историко-бытовой танец (17)
  • О танце (15)
  • Выставка одной картины (145)
  • Тематические циклы (45)
  • Картины-двойники (137)
  • Времена года (130)
  • Лето (16)
  • Весна (12)
  • Семьи художников (122)
  • Клоун (119)
  • Цветы (118)
  • Маки (43)
  • Подснежник (7)
  • Ромашка (6)
  • Одуванчик (5)
  • Зима (113)
  • Новый год (51)
  • Коньки (19)
  • Снеговик (15)
  • Санки (9)
  • Лыжи (3)
  • Игрушки (111)
  • Куклы (43)
  • Кораблик (21)
  • Деревянная лошадка (21)
  • Войнушка (8)
  • Мыльные пузыри (7)
  • Театр (104)
  • Кукольники (23)
  • Зрители (23)
  • Комедия дель арте (21)
  • Закулисье (19)
  • Сара Бернар (6)
  • Окна, двери и балконы (103)
  • Литература и живопись (102)
  • Памятники Пушкину (17)
  • Романовы (81)
  • Петр Первый (17)
  • Екатерина II (3)
  • Допетровская эпоха (1)
  • Животные (74)
  • Художники (65)
  • Лодки (61)
  • Лодка в живописи (19)
  • Дама в лодке (17)
  • Рыбалка (14)
  • Гондола (7)
  • Дети-рыбаки (3)
  • Спортивная лодка (1)
  • Гардероб (58)
  • Народный костюм (24)
  • Серьги (12)
  • Соломенная шляпка (6)
  • Матросский костюм (5)
  • Шляпки (4)
  • Женские образы (55)
  • Женщина и газета (4)
  • Музыка (54)
  • Игры (52)
  • Детские игры (19)
  • Жмурки (9)
  • Шахматы, шашки, нарды (9)
  • Бильярд (6)
  • Прятки (5)
  • Личное (52)
  • Стена позора (6)
  • Свадьба (48)
  • Дети (41)
  • Помню и люблю (35)
  • История (35)
  • Политические убийства (8)
  • Чудеса света (4)
  • Шекспир (33)
  • Одна картина (31)
  • Охота (29)
  • Разное (28)
  • Самовар (26)
  • Шинуазри (25)
  • Фонарики (7)
  • Японский зонтик (6)
  • Дуэль (25)
  • Дуэль в живописи (16)
  • Дуэль в литературе (9)
  • Транспорт (23)
  • Вокзал (9)
  • Паровоз (9)
  • Возвращение Исаака Аскназия (7)
  • Музеи (6)
  • Мужское ню (5)
  • Юрий (Иегуда) Пэн (3)

ТоррНАДО — торрент-трекер для блогов

Подписка по e-mail

Поиск по дневнику

Интересы

Постоянные читатели

Сообщества

Статистика

ДУЭЛЬ В ЛИТЕРАТУРЕ (ЧАСТЬ 7 — ДУЭЛЬ РОМАШОВА И НИКОЛАЕВА. ПОВЕСТЬ «ПОЕДИНОК»)

ПИСАЛ ЛИ КУПРИН О СЕБЕ, СМЕРТЬЮ РОМАШОВА «УБИВ» СВОИ ЮНОШЕСКИЕ МЕЧТЫ?

А.П.Апсит Портрет А.И.Куприна 1928 г.
Фото А.И.Куприна 1900е

Куприн был поручиком белой армии, блестящим наездником, который на пари мог подняться на лошади на второй этаж ресторана, выпить, не покидая седла, полстакана коньяка и тем же манером вернуться на землю.
Детство Куприна прошло в Сиротской школе (Москва, ул. Казакова, 18), где за бредни его, что он-де генерал Скобелев, сам Наполеон, на него наденут остроконечный колпак с жирно выведенной надписью «Лгун».
Стриженым двенадцатилетним подростком Куприн учился в Кадетской школе(Москва, 1-й Краснокурсантский пр., 3–5), потом училище юнкеров (Москва, угол Знаменки и Гоголевского бульвара), где сидел в карцере за крестьянскую девушку Дуняшу (за ней ухаживал вместо занятий по топографии) и за первый напечатанный рассказ – «бумагомарание».
Ещё вчера он, юнкер, мчался на тройке на бал в женский институт, объяснялся в любви на чистопрудном катке и тайно хранил подобранный в театре платок какой-то незнакомки, а сегодня он – офицер 46-го Днепровского пехотного полка. Он прыгает со второго этажа, когда какая-то гарнизонная дама пообещала за это поцелуй, ради ещё одной любви, забросив стихи и прозу, пытается поступить в Академию Генштаба.
Поступил бы – экзамены сдал блестяще! – если бы по дороге в Петербург не встретил в Киеве друзей по кадетскому корпусу и, загуляв, не сбросил то ли с парома, то ли с ресторанчика-поплавка полицейского пристава. По одной версии, за то, что тот не уступил им, офицерам, заказанного столика, по другой, более романтичной, за наглое приставание к какой-то девице.
Дуэлей в его жизни не было. Но, не правда ли, есть что-то общее в описании юности писателя с Ромашовым — героем его повести «Поединок» ?

Название повести А. И. Куприна — «Поединок», верно передает смысл разыгравшейся в ней драмы. Под поединком подразумевается не только описанная в конце повести дуэль, но и все события, происходящие с главными героями.
Действие книги происходит в то время, когда только что официально разрешили поединки между офицерами. Естественно, в гарнизоне эта тема живо обсуждается. Впервые
она всерьез затрагивается в разговоре Шурочки Николаевой и Ромашова.
Шурочка, красивая, обаятельная, умная, образованная женщина, говорит о дуэлях как о каком-то необходимом явлении. Офицер, утверждает она, обязан рисковать собой. Оскорбление может быть смыто только кровью. Не только Шурочка, жена офицера, рассуждает о поединках с подобной горячностью. Это мнение большинства мужчин в гарнизоне.
Жизнь Ромашова в полку — вечный поединок с собой и с офицерскими предрассудками. Он не такой, как его товарищи, у него другие жизненные устремления. Придя в полк, Ромашов мечтал “о доблести, о подвигах, о славе”. Он идеализировал офицерство, считая, что эти люди благородны, великодушны, честны. Но в гарнизоне офицеры ведут серое, беспросветное существование, они отыгрываются на солдатах, которых не считают за людей, вечерами, не зная, чем заняться, офицеры собираются, играют в карты и устраивают бессмысленные кутежи.
Вся повесть — это череда мелких столкновений Ромашова с окружающими его людьми.
Все эти малозначительные стычки ведут к одной главной — дуэли между Ромашовым и Николаевым.
В общем-то, дуэль была предопределена с самого начала. Ромашов любит жену Николаева, кроме того, и она отвечала ему пусть не любовью, но хотя бы симпатией, привязанностью. Ласково называя офицера «Ромочка», Шурочка проводит с ним свободное время «от нечего делать». Ромашов отказывается от романа с полковой дамой Раисой Александровной Петерсон, с которой они грязно и скучно (и уже довольно давно) обманывали её мужа. Желая отомстить своему «усатенькому Жоржику», она начинает забрасывать мужа Шурочки анонимками.
Сам Николаев с самого начала не приемлет Ромашова К позору во время смотра, когда по вине Ромашова провалился церемониальный марш, прибавилось объяснение с Николаевым, потребовавшим сделать все, чтобы прекратить поток анонимок, и ещё — не бывать у них в доме. Следовательно, рано или поздно поединок должен был состояться.
Слово “поединок” по отношению к произошедшему событию, возможно, не совсем уместно, поскольку это не было честным сражением двух офицеров.
Шурочка, так горячо любимая Ромашовым, уверила его, что все оговорено заранее и никто не будет ранен. При этом она оговорилась, что прощается с ним навсегда, но он, как все влюбленные, не услышал этого.
Разве мог доверчивый, романтичный подпоручик предположить, что любимая женщина так холодна, расчетлива и вероломна?
Он погиб, не познав счастливой любви, не осуществив заветную мечту о том, чтобы бросить службу и посвятить себя более достойному занятию. Поединок между Ромашовым и окружающим миром оказался не в пользу мечтательного подпоручика.
«Поединок» вышел с посвящением М.Горькому, к которому в эту пору своего творчества Куприн был близок, и, помимо высоких оценок критики, заслужил похвалу Л.Н.Толстого.

Читайте также:  Почему высыхают листья у капусты

И.Глазунов Иллюстрация к повести «Поединок» гл. 16 (фрагмент)

Он был среднего роста, худощав, и хотя довольно силен для своего сложения, но от большой застенчивости неловок. Фехтовать на эспадронах он не умел даже в училище, а за полтора года службы и совсем забыл это искусство.
В молодом выпускнике кадетского училища, ныне подпоручике, второй год служащем в полку, расквартированном в маленьком еврейском местечке, своеобразно соединяются слабость воли и сила духа. Служба в армии для Ромашова тяжелое испытание: он не может смириться с грубостью и пошлостью полкового быта.
Ромашов сочиняет повести, хотя и стыдится своих литературных занятий.
«Не в первый раз за полтора года своей офицерской службы испытывал он это мучительное сознание своего одиночества и затерянности среди чужих, недоброжелательных или равнодушных людей, — это тоскливое чувство незнания, куда девать сегодняшний вечер». От тоски он часто ходит на вокзал, где ненадолго останавливающиеся поезда напоминают ему об иной, праздничной жизни.
После драки с Николаевым Ромашов вызывает его на дуэль и за сутки становится «сказкой города и героем дня». Заседание офицерского суда выносит решение о неминуемости поединка между Ромашовым и Николаевым.
На следующий день Николаев убивает Ромашова на дуэли.

ВЛАДИМИР ЕФИМОВИЧ НИКОЛАЕВ
Вот уже два года подряд он проваливает экзамены в академию, и Александра Петровна, Шурочка, делает все, чтобы последний шанс (поступать дозволялось только до трех раз) не был упущен.

И последнее, в 2007 снят двенадцатисерийный телевизионный художественный фильм «Юнкера», созданный по мотивам произведений А. И. Куприна. В основе сценария — роман «Юнкера», повести «Поединок», «На переломе» («Кадеты»), многие рассказы писателя и эпизоды его биографии. Время действия в фильме, в отличие от романов Куприна, сдвинуто с конца XIX века на годы, предшествующие началу первой мировой войны.

Нам осталось перечесть фрагменты первоисточника!

Начался обычный, любимый молодыми офицерами разговор о случаях неожиданных кровавых расправ на месте и о том, как эти случаи проходили почти всегда безнаказанно. В одном маленьком городишке безусый пьяный корнет врубился с шашкой в толпу евреев, у которых он предварительно «разнес пасхальную кучку». В Киеве пехотный подпоручик зарубил в танцевальной зале студента насмерть за то, что тот толкнул его локтем у буфета. В каком-то большом городе — не то в Москве, не то в Петербурге — офицер застрелил, «как собаку», штатского, который в ресторане сделал ему замечание, что порядочные люди к незнакомым дамам не пристают.
Ромашов, который до сих пор молчал, вдруг, краснея от замешательства, без надобности поправляя очки и откашливаясь, вмешался в разговор:
— А вот, господа, что я скажу с своей стороны. Буфетчика я, положим, не считаю. да. Но если штатский. как бы это сказать. Да. Ну, если он порядочный человек, дворянин и так далее. зачем же я буду на него, безоружного, нападать с шашкой? Отчего же я не могу у него потребовать удовлетворения? Все-таки же мы люди культурные, так сказать. — Э, чепуху вы говорите, Ромашов, — перебил его Веткин. — Вы потребуете удовлетворения, а он скажет: «Нет. э-э-э. я, знаете ли, вээбще. э-э. не признаю дуэли. Я противник кровопролития. И кроме того, э-э. у нас есть мировой судья. » Вот и ходите тогда всю жизнь с битой мордой.

— Вы не читали в газетах об офицерском поединке? — спросила вдруг Шурочка.
Ромашов встрепенулся и с трудом отвел от нее глаза.
— Нет, не читал. Но слышал. А что?
— Конечно, вы, по обыкновению, ничего не читаете. Право, Юрий Алексеевич, вы опускаетесь. По-моему, вышло что-то нелепое. Я понимаю: поединки между офицерами — необходимая и разумная вещь. — Шурочка убедительно прижала вязанье к груди. — Но зачем такая бестактность? Подумайте: один поручик оскорбил другого. Оскорбление тяжелое, и общество офицеров постановляет поединок. Но дальше идет чепуха и глупость. Условия — прямо вроде смертной казни: пятнадцать шагов дистанции и драться до тяжелой раны. Если оба противника стоят на ногах, выстрелы возобновляются. Но ведь это — бойня, это. я не знаю что! Но, погодите, это только цветочки. На место дуэли приезжают все офицеры полка, чуть ли даже не полковые дамы, и даже где-то в кустах помещается фотограф. Ведь это ужас, Ромочка! И несчастный подпоручик, фендрик, как говорит Володя, вроде вас, да еще вдобавок обиженный, а не обидчик, получает после третьего выстрела страшную рану в живот и к вечеру умирает в мучениях. А у него, оказывается, была старушка мать и сестра, старая барышня, которые с ним жили, вот как у нашего Михина. Да послушайте же: для чего, кому нужно было делать из поединка такую кровавую буффонаду? И это, заметьте, на самых первых порах, сейчас же после разрешения поединков. И вот поверьте мне, поверьте! — воскликнула Шурочка, сверкая загоревшимися глазами, — сейчас же сентиментальные противники офицерских дуэлей, — о, я знаю этих презренных либеральных трусов! — сейчас же они загалдят: «Ах, варварство! Ах, пережиток диких времен! Ах, братоубийство!»
— Однако вы кровожадны, Александра Петровна! — вставил Ромашов.
— Не кровожадна, — нет! — резко возразила она. — Я жалостлива. Я жучка, который мне щекочет шею, сниму и постараюсь не сделать ему больно. Но, попробуйте понять, Ромашов, здесь простая логика. Для чего офицеры? Для войны. Что для войны раньше всего требуется? Смелость, гордость, уменье не сморгнуть перед смертью. Где эти качества всего ярче проявляются в мирное время? В дуэлях. Вот и все. Кажется, ясно. Именно не французским офицерам необходимы поединки, — потому что понятие о чести, да еще преувеличенное, в крови у каждого француза, — не немецким, — потому что от рождения все немцы порядочны и дисциплинированны, — а нам, нам, нам! Тогда у нас не будет в офицерской среде карточных шулеров, как Арчаковский, или беспросыпных пьяниц, вроде вашего Назанского; тогда само собой выведется амикошонство, фамильярное зубоскальство в собрании, при прислуге, это ваше взаимное сквернословие, пускание в голову друг другу графинов, с целью все-таки не попасть, а промахнуться. Тогда вы не будете за глаза так поносить друг друга. У офицера каждое слово должно быть взвешено. Офицер — это образец корректности. И потом, что за нежности: боязнь выстрела! Ваша профессия — рисковать жизнью.

20
.
Вечером в этот день его опять вызвали в суд, но уже вместе с Николаевым. Оба врага стояли перед столом почти рядом. Они ни разу не
взглянули друг на друга, но каждый из них чувствовал на расстоянии
настроение другого и напряженно волновался этим. Оба они упорно и
неподвижно смотрели на председателя, когда он читал им решение суда:
— «Суд общества офицеров N-ского пехотного полка, в составе — следовали
чины и фамилии судей — под председательством подполковника Мигунова,
рассмотрев дело о столкновении в помещении офицерского собрания поручика
Николаева и подпоручика Ромашова, нашел, что ввиду тяжести взаимных
оскорблений ссора этих обер-офицеров не может быть окончена примирением и
что поединок между ними является единственным средством удовлетворения
оскорбленной чести и офицерского достоинства. Мнение суда утверждено
командиром полка».
Окончив чтение, подполковник Мигунов снял очки и спрятал их в футляр.
— Вам остается, господа, — сказал он с каменной торжественностью, —
выбрать себе секундантов, по два с каждой стороны, и прислать их к девяти
часам вечера сюда, в собрание, где они совместно с нами выработают условия
поединка. Впрочем, — прибавил он, вставая и пряча очечник в задний карман,
— впрочем, прочитанное сейчас постановление суда не имеет для вас
обязательной силы. За каждым из вас сохраняется полная свобода драться на
дуэли, или. — он развел руками и сделал паузу, — или оставить службу.
Затем. вы свободны, господа. Еще два слова. Уж не как председатель
суда, а как старший товарищ, советовал бы вам, господа офицеры,
воздержаться до поединка от посещения собрания.» Это может повести к
осложнениям. До свиданья.
Николаев круто повернулся и быстрыми шагами вышел из залы. Медленно
двинулся за ним и Ромашов. Ему не было страшно, но он вдруг почувствовал
себя исключительно одиноким, странно обособленным, точно отрезанным от
всего мира. Выйдя на крыльцо собрания, он с долгим, спокойным удивлением
глядел на небо, на деревья, на корову у забора напротив, на воробьев,
купавшихся в пыли среди дороги, и думал: «Вот — все живет, хлопочет,
суетится, растет и сияет, а мне уже больше ничто не нужно и не интересно.
Я приговорен. Я один».
Вяло, почти со скукой пошел он разыскивать Бек-Агамалова и Веткина,
которых он решил просить в секунданты. Оба охотно согласились —
Бек-Агамалов с мрачной сдержанностью, Веткин с ласковыми и
многозначительными рукопожатиями.
Идти домой Ромашову не хотелось — там было жутко и скучно. В эти
тяжелые минуты душевного бессилия, одиночества и вялого непонимания жизни
ему нужно было видеть близкого, участливого друга и в то же время тонкого,
понимающего, нежного сердцем человека.
И вдруг он вспомнил о Назанском.

Читайте также:  Почему маятник иногда говорит неправду

21
.
Ромашов рассказал подробно историю своего столкновения с Николаевым.
Назанский задумчиво слушал его, наклонив голову и глядя вниз на воду,
которая ленивыми густыми струйками, переливавшимися, как жидкое стекло,
раздавалась вдаль и вширь от носа лодки.
— Скажите правду, вы не боитесь, Ромашов? — спросил Назанский тихо.
— Дуэли? Нет, не боюсь, — быстро ответил Ромашов. Но тотчас же он
примолк и в одну секунду живо представил себе, как он будет стоять совсем
близко против Николаева и видеть в его протянутой руке опускающееся черное
дуло револьвера. — Нет, нет, — прибавил Ромашов поспешно, — я не буду
лгать, что не боюсь. Конечно, страшно. Но я знаю, что я не струшу, не
убегу, не попрошу прощенья.
Назанский опустил концы пальцев в теплую, вечернюю, чуть-чуть ропщущую
воду и заговорил медленно, слабым голосом, поминутно откашливаясь:
— Ах, милый мой, милый Ромашов, зачем вы хотите это делать? Подумайте:
если вы знаете твердо, что не струсите, — если совсем твердо знаете, — то
ведь во сколько раз тогда будет смелее взять и отказаться.
— Он меня ударил. в лицо! — сказал упрямо Ромашов, и вновь жгучая
злоба тяжело колыхнулась в нем.
— Ну, так, ну, ударил, — возразил ласково Назанский и грустными,
нежными глазами поглядел на Ромашова. — Да разве в этом дело? Все на свете
проходит, пройдет и ваша боль и ваша ненависть. И вы сами забудете об
этом. Но о человеке, которого вы убили, вы никогда не забудете. Он будет с
вами в постели, за столом, в одиночестве и в толпе. Пустозвоны,
фильтрованные дураки, медные лбы, разноцветные попугаи уверяют, что
убийство на дуэли — не убийство. Какая чепуха! Но они же сентиментально
верят, что разбойникам снятся мозги и кровь их жертв. Нет, убийство —
всегда убийство. И важна здесь не боль, не смерть, не насилие, не
брезгливое отвращение к крови и трупу, — нет, ужаснее всего то, что вы
отнимаете у человека его радость жизни. Великую радость жизни! — повторил
вдруг Назанский громко, со слезами в голосе. — Ведь никто — ни вы, ни я,
ах, да просто-напросто никто в мире не верит ни в какую загробную жизнь.
Оттого все страшатся смерти, но малодушные дураки обманывают себя
перспективами лучезарных садов и сладкого пения кастратов, а сильные —
молча перешагивают грань необходимости. Мы — не сильные. Когда мы думаем,
что будет после нашей смерти, то представляем себе пустой холодный и
темный погреб. Нет, голубчик, все это враки: погреб был бы счастливым
обманом, радостным утешением. Но представьте себе весь ужас мысли, что
совсем, совсем ничего не будет, ни темноты, ни пустоты, ни холоду. даже
мысли об этом не будет, даже страха не останется! Хотя бы страх!
Подумайте!
.
— Да, жизнь прекрасна, — сказал Ромашов.
— Прекрасна! — пылко повторил Назанский. — И вот два человека из-за
того, что один ударил другого, или поцеловал его жену, или просто, проходя
мимо него и крутя усы, невежливо посмотрел на него, — эти два человека
стреляют друг в друга, убивают друг друга. Ах, нет, их раны, их страдания,
их смерть — все это к черту! Да разве он себя убивает — жалкий движущийся
комочек, который называется человеком? Он убивает солнце, жаркое, милое
солнце, светлое небо, природу, — всю многообразную красоту жизни, убивает
величайшее наслаждение и гордость — человеческую мысль! Он убивает то, что
уж никогда, никогда, никогда не возвратится. Ах, дураки, дураки!

22
.
— Ну, хочешь, я завтра откажусь от поединка, извинюсь перед ним? Сделать это? — произнес он печально.
Она помолчала немного. Будильник наполнял своей металлической болтовней
все углы темной комнаты. Наконец она произнесла еле слышно, точно в
раздумье, с выражением, которого Ромашов не мог уловить:
— Я так и знала, что ты это предложишь.
Он поднял голову и, хотя она удерживала его за шею рукой, выпрямился на
кровати.
— Я не боюсь! — сказал он громко и глухо.
— Нет, нет, нет, нет, — говорила она горячим, поспешным, умоляющим
шепотом. — Ты меня не понял. Иди ко мне ближе. как раньше. Иди же.
Она обняла его обеими руками и зашептала, щекоча его лицо своими
тонкими волосами и горячо дыша ему в щеку:
— Ты меня не понял. У меня совсем другое. Но мне стыдно перед тобой. Ты
такой чистый, добрый, и я стесняюсь говорить тебе об этом. Я расчетливая,
я гадкая.
— Нет, говори все. Я тебя люблю.
— Послушай, — заговорила она, и он скорее угадывал ее слова, чем слышал
их. — Если ты откажешься, то ведь сколько обид, позора и страданий падет
на тебя. Нет, нет, опять не то. Ах, боже мой, в эту минуту я не стану
лгать перед тобой. Дорогой мой, я ведь все это давно обдумала и взвесила.
Положим, ты отказался. Честь мужа реабилитирована. Но, пойми, в дуэли,
окончившейся примирением, всегда остается что-то. как бы сказать. Ну,
что ли, сомнительное, что-то возбуждающее недоумение и разочарование.
Понимаешь ли ты меня? — спросила она с грустной нежностью и осторожно
поцеловала его в волосы.
— Да. Так что же?
— То, что в этом случае мужа почти наверно не допустят к экзаменам.
Репутация офицера генерального штаба должна быть без пушинки. Между тем
если бы вы на самом деле стрелялись, то тут было бы нечто героическое,
сильное. Людям, которые умеют держать себя с достоинством под выстрелом,
многое, очень многое прощают. Потом. после дуэли. ты мог бы, если
хочешь, и извиниться. Ну, это уж твое дело.
.
Стараясь скрыть непонятное, глухое раздражение, он сказал сухо:
— Ради бога, объяснись прямее. Я все тебе обещаю.

Илья Глазунов Шурочка у Ромашова накануне дуэли гл.22

Тогда она повелительно заговорила около самого его рта, и слова ее были
как быстрые трепетные поцелуи:
— Вы непременно должны завтра стреляться. Но ни один из вас не будет
ранен. О, пойми же меня, не осуждай меня! Я сама презираю трусов, я
женщина. Но ради меня сделай это, Георгий! Нет, не спрашивай о муже, он
знает. Я все, все, все сделала.
Теперь ему удалось упрямым движением головы освободиться от ее мягких и
сильных рук. Он встал с кровати и сказал твердо:
— Хорошо, пусть будет так. Я согласен.

Его Высокоблагородию, командиру N-ского пехотного полка.
Штабс-капитан того же полка Диц.

Настоящим имею честь донести вашему высокоблагородию, что сего 2-го
июня, согласно условиям, доложенным Вам вчера, 1-го июня, состоялся
поединок между поручиком Николаевым и подпоручиком Ромашовым. Противники
встретились без пяти минут в 6 часов утра, в роще, именуемой «Дубечная»,
расположенной в 3 1/2 верстах от города. Продолжительность поединка,
включая сюда и время, употребленное на сигналы, была 1 мин. 10 сек. Места,
занятые дуэлянтами, были установлены жребием. По команде «вперед» оба
противника пошли друг другу навстречу, причем выстрелом, произведенным
поручиком Николаевым, подпоручик Ромашов ранен был в правую верхнюю часть
живота. Для выстрела поручик Николаев остановился, точно так же, как и
оставался стоять, ожидая ответного выстрела. По истечении установленной
полуминуты для ответного выстрела обнаружилось, что подпоручик Ромашов
отвечать противнику не может. Вследствие этого секунданты подпоручика
Ромашова предложили считать поединок оконченным. С общего согласия это
было сделано. При перенесении подпоручика Ромашова в коляску последний
впал в тяжелое обморочное состояние и через семь минут скончался от
внутреннего кровоизлияния. Секундантами со стороны поручика Николаева
были: я и поручик Васин, со стороны же подпоручика Ромашова: поручики
Бек-Агамалов и Веткин. Распоряжение дуэлью, с общего согласия, было
предоставлено мне. Показание младшего врача кол. ас. Знойко при сем
прилагаю.
Штабс-капитан Диц.

Читайте также:  Кто и почему готовит яичницу

источник

Трагедия подпоручика Ромашова по повести Поединок (Куприн А. И.)

Мы знакомимся с Юрием Ромашовым на второй год его службы в полку. С самого начала знакомства с молодым подпоручиком мы видим в нем мечтателя, натуру тонкую и тянущуюся к романтике. Однако автор, делая главным героем мечтательного юношу, наделяет его трагической судьбой: помещает в абсолютно чуждую атмосферу грубой армейской жизни, заставляет полюбить замужнюю женщину, готовую пренебрегать людьми ради положения в обществе, после чего прерывает его жизнь в самом расцвете юности.

В чем же заключалась трагедия молодого подпоручика: в неопытности молодого человека, в его безнадежной любви, в его слабости и безволии?

Юрий Ромашов не похож на большинство офицеров. В нем привлекает отзывчивость, человечность, способность сострадать. Мы наблюдаем процесс его взросления, как личности, видим, как он начинает осознавать своё Я, как начинает понимать, что «серые Хлебниковы с их однообразно-покорными и обессмысленными лицами – на самом деле живые люди», «из которых каждый болеет своим горем и радуется своим радостям», что каждый из них также имеет собственное Я. Ромашов неоднократно заступается за тех, кто слабее: за не понимающего русский татарина, за женщину в борделе. Он даже угрожает Сливе подать рапорт командиру полка, если тот будет бить солдат. «Нельзя бить человека, который не только не может тебе ответить, но даже не имеет права поднять руку к лицу, чтобы защититься от удара. Не смеет даже отклонить головы. Это стыдно!» — так считает Ромашов.

Герой прекрасен своей чистотой и отзывчивостью, однако автор наделили его чертами, которые мешают молодому человеку на его жизненном пути и делают недосягаемым для него блестящую карьеру и счастливое будущее. К таким чертам я отношу уже упомянутую выше полудетскую мечтательность, из-за которой он постоянно совершает какие-либо оплошности; наивные оправдания для себя при любой из этих оплошностей и глупую привычку думать о себе в третьем лице, примеряя на себя «слова шаблонных романов», которые не дают ему понять, что нужно исправить на самом деле; нерешительность, которая мешает проявлениям его лучших качеств. Именно поэтому Александра Николаева, «такая сильная, такая гордая, красивая», считает его жалким, неспособным завоевать большее имя и положение. Она также не желала никакой глупой романтики, и на подброшенные в её окно цветы отвечала, что «Нежности во вкусе Ромео и Джульетты смешны, особенно если они происходят в пехотном армейском полку». Любовь Ромашова к очаровательной Шурочке не могла вылиться в прекрасное совместное будущее с ней, и стала огромной трагедией маленького человека. И эта любовь к замужней женщине приводит наивного и честного мальчишку к роковой дуэли. Для «Ромочки» на первом месте находится исполнение воли любимой, для прекрасной расчетливой Шурочки – собственное благополучие. И «милый Ромочка», ещё не выслушав, каких именно действий хочет от него возлюбленная, соглашается на любую её просьбу, даже не думая, чем это может закончиться для него.

Таким образом, причиной столь трагичного финала является, как мне кажется, простоватость Ромашова и его неспособность отличить настоящую, временами жестокую жизнь от своего мира, где на первом месте всегда стоят честь и достоинство, и люди могут видеть себя со стороны и говорить о себе в третьем лице.

источник

Куприн поединок почему гибнет ромашов

В этой статье представлен образ и характеристика Ромашова в повести «Поединок» Куприна: описание внешности и характера главного героя в цитатах.

Смотрите:
Краткое содержание повести
— Все материалы по повести

Ромашов в повести «Поединок» Куприна: образ, характеристика, описание

«. В первый раз за полтора года. он остался наедине сам с собой.»

«А Ромашову недавно окончился двадцать первый год.»

«Молодой такой, славный, способный мальчик, а без водки не сядете за стол…»

«Прекрасный офицер… фронтовик и молодчинище…»

«Он был среднего роста, худощав, и хотя довольно силен для своего сложения. «

«. глаза у него были вовсе не черные, а самые обыкновенные – желтоватые, с зеленым ободком.»

«. тяжелые резиновые калоши в полторы четверти глубиной, облепленные доверху густой, как тесто, черной грязью. Такие калоши носили все офицеры в полку. Потом он посмотрел на свою шинель, обрезанную, тоже ради грязи, по колени, с висящей внизу бахромой, с засаленными и растянутыми петлями, и вздохнул.»

«. с трудом волоча ноги в огромных калошах. «

Подпоручик Ромашов родом из Пензы из Наровчатского уезда:

«Ведь вы, подпоручик, кажется, наш, пензенский? Наровчатского уезда, кажется?»

«. в детстве – из‑за той бедности, в которой жила его семья. «

«Говорили что‑то такое о болезни вашей матушки, показывали там письмо какое‑то от нее.»

«. все эти тактики и фортификации, на которые он убил девять лучших лет своей жизни. «

«Сначала пансион, потом кадетский корпус, военное училище, замкнутая офицерская жизнь…»

«В Москве, будучи кадетом и потом юнкером. «

«Ах, я совсем не то ожидал найти, когда стал офицером.»

«Мне все это до такой степени надоело и опротивело. «

«Уже не в первый раз за полтора года своей офицерской службы испытывал он это мучительное сознание своего одиночества и затерянности среди чужих, недоброжелательных или равнодушных людей, – это тоскливое чувство незнания, куда девать сегодняшний вечер.»

«Никому это непонятно. Нет у меня близкого человека. «

«. я сам – несчастный, одинокий, убитый человек.»

«Что за жизнь! Что‑то тесное, серое и грязное… эта развратная и ненужная связь, пьянство, тоска, убийственное однообразие службы, и хоть бы одно живое слово, хоть бы один момент чистой радости. Книги, музыка, наука – где все это?»

«. мне известно доподлинно, что вы пьете. Это омерзительно. Мальчишка, желторотый птенец, только что вышедший из школы, и напивается в собрании, как последний сапожный подмастерье.»

«. имеет длинную, грязную и скучную связь с полковой дамой. «

«Мы оба играли какую‑то гадкую, лживую и грязную игру, какой‑то пошлый любительский фарс.» (Ромашов — Раисе)

«Но внимание и доброта офицера понемногу согрели и оттаяли его сердце. С совестливой и виноватой жалостью узнавал Ромашов подробности. «

«Ромочка, зачем вы такой… слабый! Но зачем вы такой жалкий! О, если бы вы были сильный!»

«И, мысленно браня себя за тряпичное безволие, он вяло поплелся за Веткиным. «

«. свою обычную растерянность и неловкость. «

«И опять, с робко замирающим сердцем, бледнея от внутреннего волнения. «

«. вы мне милы всем; своей неловкостью, своей чистотой, своей нежностью.»

«И в нем. закипели мстительные, фантастические, опьяняющие мечты.»

«Обычная, неугомонная фантазия растворила весь ужас этой мысли. «

«. у Ромашова была немножко смешная, наивная привычка, часто свойственная очень молодым людям, думать о самом себе в третьем лице, словами шаблонных романов. «

«Командир полка делает ему замечание, а он, несчастный прапорщик, фендрик, позволяет себе возражать какую‑то ерундистику.»

«. я подвергаю подпоручика Ромашова домашнему аресту на четверо суток. «

«. это же ведь не служба, это – изуверство какое‑то! – со слезами гнева и обиды в голосе воскликнул Ромашов. – Эти старые барабанные шкуры издеваются над нами! Они нарочно стараются поддерживать в отношениях между офицерами грубость, солдафонство, какое‑то циничное молодечество. Ну кому нужно, зачем это подтягивание, орание, грубые окрики?»

«А зачем война? Может быть, все это какая‑то общая ошибка, какое‑то всемирное заблуждение, помешательство? Разве естественно убивать?»

«. поручиком Николаевым, подпоручик Ромашов ранен был в правую верхнюю часть живота. . скончался от внутреннего кровоизлияния.»

Это был цитатный образ и характеристика Ромашова в повести «Поединок» Куприна: описание внешности и характера главного героя, Юрия Алексеевича Ромашова, в цитатах.

источник