Меню

Куликово поле почему так назвали

Глава 1 «Куликово поле» под Тулой История открытия и продвижения

История открытия и продвижения

1.1. Открытие Куликова поля под Тулой С.Д. Нечаевым в XIX веке

Сегодня считается, что Куликово поле, на котором произошла знаменитая битва между Дмитрием Донским и Мамаем в 1380 году, расположено на границе Тульской и Липецкой областей, между реками Непрядвой и Доном, рис. 1. Ныне это — Куркинский район Тульской области, примерно в 300 километрах к югу от Москвы [47], с. 667. Якобы, именно здесь и произошла самая известная в русской истории битва между русскими войсками под предводительством Дмитрия Донского с татаро-монгольскими войсками под предводительством Мамая.

Рис. 1. Место слияния Дона с небольшой речкой, названной летописным именем «Непрядва». Она на фотографии слева. Название «Непрядва» дано во времена Нечаева. Дон в месте слияния разделяется на два рукава, образуя остров. Дон здесь (в своих верховьях) совсем небольшой. Обе реки не представляют преграды для всадника, к ним нельзя прижать конные войска. И вообще, поле в излучине Дона и «Непрядвы» слишком мало для крупной битвы. Поэтому историки, «поправляя» летописцев, говорят, что битва произошла в 10 километрах отсюда и с поля боя ни Дон, ни «Непрядва» не были видны, Фотография сделана с воздуха в 2005 году.

Но сразу же возникает законный вопрос. Когда ВПЕРВЫЕ было обнаружено, что Куликово поле расположено именно там? Может быть, это было известно всегда? Нет, далеко не всегда. Место Куликова поля было забыто и его пришлось искать. Но тогда крайне интересно узнать — кто и когда его нашел? И на каком основании он сделал свое замечательное открытие? В учебниках и даже в научных трудах по Куликову полю данный вопрос, как правило, обходится полным молчанием. Делается вид, будто бы местоположение Куликова поля было «всегда известно». Хотя специалисты прекрасно знают, что это не так.

У тульского Куликова поля есть первооткрыватель. Им был С.Д. Нечаев, тульский и липецкий помещик, рис. 2. Далеко ходить Нечаеву не пришлось — Куликово поле он нашел у себя в собственном имении. Что уже само по себе выглядит крайне подозрительно. Вызывает подозрение и то, что, место Куликова поля было обнаружено Нечаевым лишь в XIX веке, спустя 400 лет после битвы.

Рис. 2. Портрет С.Д. Нечаева. Взят из статьи о Нечаеве в интернет-энциклопедии «Википедия».

Однако историки не стали придираться к подобным «мелочам» и с восторгом восприняли открытие Нечаева. Правда, вскоре они неблагодарно забыли о самом первооткрывателе и сделали вид, будто бы Куликово поле под Тулой и так всегда было известно. Поразительно, что ни в дореволюционной энциклопедии Брокгауза-Ефрона, ни в Советской энциклопедии, имя С.Д. Нечаева не упомянуто вовсе. Только липецкие и тульские краеведы не забыли о своем замечательном земляке и опубликовали несколько исследований о нем в местных издательствах. См., например, [34].

Сегодня подробные сведения о С.Д. Нечаеве и его открытии Куликова поля можно почерпнуть в Интернете. Вот, например, краткая справка о Нечаеве из интернет-энциклопедии «Википедия»:

«Степан Дмитриевич Нечаев (1792–1860) — обер-прокурор Святейшего Синода, историк, археолог, ПЕРВЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ КУЛИКОВА ПОЛЯ, ОСНОВАТЕЛЬ ПЕРВОГО МУЗЕЯ КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ, сенатор, действительный тайный советник, поэт и писатель… Нечаев напечатал ряд статей о Куликовской битве, о находках на Куликовом поле, ЧАСТЬ КОТОРОГО БЫЛА У НЕГО ВО ВЛАДЕНИЯХ. С.Д. Нечаев ОРГАНИЗОВАЛ УСТАНОВКУ 30 МЕТРОВОЙ МЕМОРИАЛЬНОЙ КОЛОННЫ-ПАМЯТНИКА (1848) И НАЧАЛ СБОР СРЕДСТВ НА ХРАМ СЕРГИЯ РАДОНЕЖСКОГО НА КУЛИКОВОМ ПОЛЕ. В своем дворце и усадьбе Полибино Степан Дмитриевич СОЗДАЛ ПЕРВЫЙ В РОССИИ МУЗЕЙ КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ» (ru.wikipedia.org).

См. рис. 3–6. Отметим, что храм Сергия Радонежского на Куликовом поле под Тулой, на постройку которого начал сбор денег С.Д. Нечаев, был возведен лишь в 1913–1917 годах, спустя 50 лет после его смерти. Об этом гласит надпись на храме, рис. 7. Что свидетельствует о достаточно равнодушном отношении русской общественности XIX века к нечаевскому открытию. Вероятно, несмотря на восторг историков, очень многие современники относились к нечаевским поискам Куликова поля на своих собственных полях-огородах с большим недоверием.

Рис. 3. Столп-памятник Куликовской битвы. Установлен стараниями С.Д. Нечаева в 1848–1850 гг. Якобы именно на этом месте стоял Мамай, наблюдая за ходом битвы. Откуда Нечаев это взял — неизвестно. Фотография 2005 года.

Рис. 4. Нечаевский столп-памятник Куликовской битве якобы на месте ставки Мамая. Архитектор А.П. Брюллов. Фотография 2005 года.

Рис. 5. Храм Сергия Радонежского, построенный на тульском Куликовом поле в 1913–1917 годах. Ныне это музей Куликовской битвы. Фотография 2005 года.

Рис. 6. Еще один вид храма-музея Сергия Радонежского на тульском Куликовом поле. Фотография 2005 года.

Рис. 7. Доска у входа в храм Сергия Радонежского, рассказывающая о возведении этого храма в 1913–1917 годах. Фотография 2005 года.

Известно, что Куликовская битва произошла в праздник Рождества Богородицы. Поэтому естественно ожидать, что на Куликовом поле — или рядом с ним — должна стоять церковь, посвященная этому празднику. Причем, скорее всего, ее должны были возвести еще в XIV веке, сразу же после битвы. Спрашивается — есть ли старая церковь Рождества Богородицы на Куликовом поле под Тулой? Нет, такой церкви нет. Существующая ныне церковь Рождества Богородицы в селе Монастырщина возле слияния рек Дона и Непрядвы была поставлена в 1865–1884 годах, уже после нечаевского «открытия». Причем, возвели ее не на месте старой церкви с таким же названием, а на пустом месте. Былое существование там древней деревянной церкви Рождества Богородицы, построенной еще самим Дмитрием Донским, — не более чем легенда, не подкрепленная никакими вещественными доказательствами. Сами историки признают, что, возможно, «основой для этого предания послужили строки „Сказания о Мамаевом побоище“» [7], с. 9. Но поскольку «Сказание о Мамаевом побоище» — это повесть о Куликовской битве, найденная очень далеко от Тулы, то данное предание могло появиться не прежде, чем тульское поле было отождествлено с Куликовским. А значит — уже после «открытия» Нечаева.

Вот как описывается строительство этой церкви: «На месте легендарной церкви, в 1865–1884 годах был построен каменный храм Рождества Пресвятыя Богородицы… На строительство храма пожертвовали средства император Александр III, Троицкая Лавра, граф А.В. Олсуфьев, Тульская губернская земская управа и др.» [7], с. 9. Видно, что это была государственная деятельность. Превращали тульское поле из пустого места в исторический памятник.

Значит, и мемориальная колонна-памятник в честь Куликовской битвы, и церковь Рождества Богородицы, и храм Сергия Радонежского — ныне музей Куликовской битвы — все это появилось спустя целых ПЯТЬ СТОЛЕТИЙ после Куликовской битвы. Причем — НА ПУСТОМ МЕСТЕ. Ведь никаких достоверных сведений о существовании здесь древних церквей или монастырей, хоть как-то связанных с Куликовской битвой, — НЕТ. Все что есть, это местные «предания» весьма недавнего происхождения. Возникшие лишь в XIX–XX веках, в эпоху «раскрутки» нечаевского Куликова поля.

Понятно, что, совершив свое «открытие», С.Д. Нечаев, скорее всего, не преминул доходчиво объяснить собственным крестьянам, на каком замечательном месте они живут. Те кое-что запомнили. Впрочем, весьма и весьма смутно. Вот, например, что «вспомнил о татарах» один из местных жителей уже в наше время: «Там, вроде, как катлаван был… Там вада всегда была красная как кровь… Датаво насытились… Там были, вроде, канавки такие, все равно как капытами выбита… или там аружие была… Эта ат битвы все асталось» [7], с. 4.

Сами историки признают: подобные «предания о Куликовом поле» возникали совсем недавно. «О храме преп. Сергия Радонежского уже в XX веке (! — Авт.) начали слагаться предания. Согласно одному из них, под храмом существуют подземные ходы, по которым, в случае нападения татар, защитники могли уйти» [7], с. 8. Напомним, что храм Сергия Радонежского был возведен лишь в 1917 году в чистом поле. Раньше на его месте никакого храма не было. Неудивительно, что предания об этом храме восходят именно к XX веку. Кстати, остальные храмы Куликова поля тоже не намного старше. «На Куликовом поле в начале XX века существовало более 30 действующих церквей… Большинство церквей построено НЕ РАНЕЕ XVIII ВЕКА, многие перестраивались в XIX — начале XX века» [7], с. 18.

«Воспоминания» жителей тульского Куликова поля о Куликовской битве приведены в книге «Священные места Куликова поля» [7]. Ничего содержательного в них нет и быть не может. Хотя бы потому, что окрестности тульского Куликова поля были заселены, оказывается, лишь в XVI веке, то есть спустя 200 (!) лет после битвы. Сами историки пишут о местном населении так: «Пришлое население, не связанное историческими и культурными корнями с Куликовым полем» [7], с. 4.

Итак, на Куликовом поле под Тулой нет ни древних церквей, ни древних монастырей, ни древних преданий о битве. Жители начали селиться тут не ранее XVI века и потому подлинных воспоминаний о битве среди местного населения быть не может. Так какие же имеются доказательства того, что нечаевское поле — это действительно поле Куликово? И вообще, БЫЛА ЛИ НА ЭТОМ МЕСТЕ ХОТЯ БЫ КАКАЯ-НИБУДЬ КРУПНАЯ СТАРИННАЯ БИТВА?

Скорее всего — нет. Никакой битвы тут никогда не было, поскольку НИКАКИХ СЛЕДОВ КРУПНОЙ БИТВЫ НЕ ОБНАРУЖЕНО. Ни старого оружия в сколь-нибудь значительных количествах, ни следов захоронений погибших воинов. Невольно возникает вопрос: «Где ты, поле Куликово?» А следом приходит и другой вопрос. Правильно ли было найдено Куликово поле помещиком Нечаевым?

источник

Куликово поле почему так назвали

Кроме упоминания в памятниках «Куликовского цикла», Куликово поле хорошо известно из русских летописей и документов XVI—XVII веков, из которых самым известным и неоднократно издававшимся, начиная с последней четверти XVIII века, является сохранившаяся в нескольких списках Книга Большому Чертежу (КБЧ).

Последнее научное издание этого уникального по своей информативности рукописного памятника, учитывающее все известные на тот момент разночтения, было осуществлено при непосредственном участии К. Н. Сербиной в издательстве Академии наук СССР в 1950 году. Различные списки КБЧ в ходе делопроизводительной деятельности XVII века в московских приказах и в воеводских канцеляриях на местах неоднократно дополнялись и уточнялись, в результате чего в их совокупности имеется очень подробная характеристика Куликова поля.

По этим описаниям Куликово поле представляло собой естественную северную границу огромного неосвоенного Дикого поля в виде протяжённой гряды возвышенностей в пределах Окско-Донского междуречья со степным характером растительности на холмах, и лесостепным — в низинах. С этого водораздела берут начало многие реки со своими притоками — Красивая Меча, Непрядва, Упа, Плова (Плава), Солова, Зуша, Чернь, Иста, Снежедь и другие. В центре, на Воловском плато, находится Волово озеро (карстового происхождения), а с севера на юг эту территорию пересекает Муравский шлях.

В настоящее время Куликово поле, как очень протяжённый географический объект, территориально относится полностью или частично к Ефремовскому, Плавскому, Тёпло-Огаревскому, Воловскому, Богородицкому, Кимовскому, Куркинскому районам Тульской области.

Мемориализация Куликова поля

Обширность Куликова поля всегда вызывала серьёзные затруднения в точной научной локализации конкретного места исторической битвы. Эпические масштабы гипотетических реконструкций XIX века с шириной фронта построения полков в 7—10 вёрст, навеянные реалиями относительно недавнего Бородинского сражения, в действительности не имели никакой научной основы. Современные археологи и исследователи пришли к выводу о незначительной площади непосредственного боевого столкновения, не превышающей 1,5—2 кв. км.

Из летописных источников известно, что сражение происходило «на Дону усть Непрядвы». Место сражения находилось между Доном и Непрядвой, то есть между правобережьем Дона и левобережьем Непрядвы. На основании этого историк Кучкин предложил свою версию локализации места битвы, отличающуюся от устоявшихся канонических взглядов начала XIX века. При помощи методов палеогеографии учёные установили, что вблизи Дона «на левом берегу Непрядвы в то время находился сплошной лес». Массовые перемещения конницы в таких условиях были бы невозможны. Это порождает противоречие между имеющимися источниками и сложившимися взглядами на проблему.

Согласно одному из поздних книжных преданий XIX века, не имеющих никакого документального подтверждения, император Пётр I, посещая строительство шлюзов на Иван-Озере, Дону и Шате во время сооружения Ивановского канала осмотрел место Куликовской битвы и приказал заклеймить оставшиеся дубы так называемой «Зелёной Дубравы», чтобы их не рубили.

Первым исследователем своего участка Куликова поля стал Степан Дмитриевич Нечаев. Он целенаправленно покупал у тульских старьёвщиков и антикваров старинные предметы вооружения и личного христианского благочестия, которые представлял найденными на предполагаемом месте битвы. На основе своей коллекции он создал экспозицию из двух залов, в которых разместил по стенам кольчуги, сабли, бердыши, наконечники копий и кремневые пистолеты различных времён.

Читайте также:  Почему на весах показывает 2402

Он предпринял также натурные исследования предполагаемого места сражения и попытался увязать ход битвы с реальной местностью, предложив считать местом ставки Мамая во время битвы самый большой и красивый холм на своей земле, в середине XIX века получившего наименование Красного. «Красными холмами» историки и краеведы Тульской губернии называли предполагаемые места древних языческих капищ — холмы с лежащими на вершинах крупными каменными известняковыми блоками.

По инициативе отца и сына Нечаевых тульский губернатор В. Ф. Васильев в 1820 году выступил с ходатайством перед императором Александром I о создании памятника Дмитрию Донскому на Куликовом поле.

В 1836 году Николай I утвердил эскиз чугунного обелиска Александра Брюллова. 8 сентября 1850 года памятник был торжественно открыт в присутствии губернатора, представителей дворянства, духовенства и множества крестьян.

При большом стечении народа 8 сентября 1880 года в день 500-летия битвы рядом с памятником Дмитрию Донскому на Куликовом поле после панихиды состоялся военный парад с артиллерийским салютом.

К началу XX века среди тульского духовенства возникает мысль о постройке храма Сергия Радонежского на Куликовом поле. Создание проекта храма было поручено архитектору Алексею Щусеву, завершившему работу в 1911 году. Храм строился четыре года (1913—1917 гг.). Окончанию строительства помешали события ноября 1917 года и гражданская война. Храм был закрыт и постепенно пришел в упадок. Во время гражданской и Великой Отечественной войн Памятник-колонна Дмитрию Донскому получила значительные повреждения.

В середине 60-х годов на Куликовом поле создан филиал Тульского областного краеведческого музея, который начал работы по реставрации памятников и благоустройству территории. Огромный объем восстановительных работ был выполнен после принятия Постановления Совета министров РСФСР «О подготовке празднования 600-летнего юбилея Куликовской битвы».

Перед юбилеем была произведена реставрация храмов Сергия Радонежского на Красном холме и Рождества Богородицы в селе Монастырщина, памятника Дмитрию Донскому, закончены работы по благоустройству мемориала на Красном холме.

В честь исторического заповедника названа расположенная к югу от него железнодорожная станция Куликово Поле Юго-Восточной железной дороги.

Артефакты

Отсутствие значимых находок боевого снаряжения на поле боя историки объясняют тем, что в средние века эти вещи были весьма дорогими [1] , поэтому после сражения все предметы были тщательно собраны. Подобное объяснение появилось в научно-популярных публикациях в середине 1980-х годов, когда в течение нескольких полевых сезонов, начиная с юбилейного 1980 года, на каноническом месте не было сделано большого количества находок, связанных с великой битвой, и этому срочно требовалось объяснение.

В начале 2000-х годов гипотетическая схема Куликовской битвы, впервые составленная и опубликованная И. Ф. Афремовым в середине XIX века, и после этого ставшая официальной на 150 лет, была перерисована. Вместо картины эпических масштабов с длиной фронта построения в 7-10 вёрст, практически с южной ориентацией русского войска, когда полуденное солнце должно было светить в глаза воинам, была локализована относительно небольшая лесная поляна, зажатая между отвершков оврагов. Длина её составила около 2 километров при ширине в несколько сот метров.

Использование для сплошного обследования этой площади современных электронных металлодетекторов позволило за каждый полевой сезон собирать представительные коллекции из сотен и тысяч бесформенных металлических обломков и осколков. В советское время на этом поле велись сельскохозяйственные работы, в качестве удобрения применялась разрушающая металл аммиачная селитра. Тем не менее, археологическим экспедициям удаётся делать представляющие исторический интерес находки: втулку, основание копья, кольчужное колечко, обломок топора, части оторочки рукава или подола кольчуги, сделанные из латуни; панцирная пластина(?) (по классификации, разработанной Тодерманом на основании уникальной коллекции из 24-х комплектных пластинчатых доспехов из Висби, аналогов не имеет), которая крепилась на основе из кожаного ремешка [1] .

источник

Куликово поле

Куликово поле и Музей Куликовской битвы

Куликово поле – исторический район в Тульской области, где произошло легендарное сражение между войсками князя московского Дмитрия Донского и полчищем золотоордынского хана Мамая. Небольшой участок донской степи, на котором 8 сентября 1380 года был впервые развеян миф о непобедимости монголо-татарской армии, располагается в Кимовском районе, в месте слияния рек Непрядвы и Дона. Сегодня местность носит статус государственного музея-заповедника, включающего в себя сразу несколько исторических памятников, а также современный экспозиционный комплекс. В честь великих событий прошлого на Куликовом поле ежегодно устраиваются военные реконструкции, организуются развлекательные мероприятия и средневековые турниры.

Сэкономь на путешествии!

Видео: Авиаэкскурсия на Куликово поле

Русские исследователи в поисках Куликова поля

Долгое время подлинное место столкновения между русским войском и армией Мамая оставалось предметом научных споров. Причиной тому стало традиционное для летописных источников преувеличение масштабов битвы. Историческое событие описывалось как грандиозное сражение двух могучих армий, что, конечно, не совсем соответствовало действительности. В итоге, начиная с XIX века, полем битвы стали считать степную равнину длиной около 8 км, раскинувшуюся между Доном и Непрядвой.

Не могли исследователи определиться и с точными географическими координатами побоища – кто-то утверждал, что войска стояли на правом берегу Непрядвы, а кто-то приводил сомнительные доказательства в пользу ее левобережья. Горячий спор помогли бы разрешить археологические находки, но, как ни странно, крупные артефакты в устье Непрядвы не обнаружились. Историки тут же поспешили объяснить это дороговизной военных доспехов, характерной для тех далеких времен. Высказывались даже предположения о том, что после сражения все снаряжение собрали выжившие воины для повторного использования.

Художник Павел Рыженко «Поле Куликово», 2005 г.

Как выяснилось позднее, легендарный бой произошел все-таки на правом берегу Непрядвы, но поскольку в те незапамятные времена окрестности реки покрывала лесная чаща, сойтись в схватке войска могли лишь на небольшом безлесном пространстве. Уже в начале 2000-х годов официальную карту Куликова поля перерисовали, перенеся место действия на зажатую между оврагами поляну длиной около 2 км и шириной в несколько сотен метров. Правильность новой схемы подтвердили и археологические работы, организованные на этом участке. Мощные металлодетекторы отыскали множество кованых фрагментов, бывших когда-то частью военного снаряжения, а последующий анализ находок показал, что их реальный возраст как раз соответствует XIV веку.

Место, где проходило сражение

Знаковые места музея-заповедника

Отправляясь на экскурсию в музейный комплекс Куликовской битвы, придется приготовиться к тому, что на осмотр местных достопримечательностей уйдет пара-тройка дней. Несмотря на то, что само легендарное поле занимает смешную, по современным меркам, территорию в 2-3 км², в состав заповедника входит еще масса других, достойных внимания объектов.

Красный холм

Под названием «Красный холм» на самом деле скрывается мемориальный ансамбль, составными элементами которого являются обелиск Дмитрию Донскому и памятник-храм преподобного Сергия Радонежского. Эскизы величественной, устремляющейся ввысь колонны обелиска создавал сам А. П. Брюллов. Символическое сооружение высотой 30 м и весом 110 т установили на Красном холме 5 сентября 1850 года, как дань уважения беспрецедентному подвигу русского князя. С насыщенным черным цветом чугунного монумента резко контрастирует его вершина, выполненная в виде позолоченной луковицы. Вершину купола венчает православный крест, попирающий мусульманский полумесяц.

Памятник Дмитрию Донскому разделен на пять ярусов, самый нижний из которых декорирован узкими нишами с затейливыми вензелями. Межнишевые пространства заполнены барельефами военных шлемов и прикрытых щитом мечей. Несмотря на достаточно серьезный возраст, выглядит монумент отнюдь не ветхо, за что стоит поблагодарить отечественных реставраторов, обновивших мемориал в 2007 году.

Церковь духовного исповедника великого князя, Сергия Радонежского, появилась на Красном холме чуть позже колонны (ориентировочно в 1913-1917 гг.). Что интересно, около 5 тыс. рублей золотом на храм пожертвовал сам император Николай II.

По замыслу архитектора А. В. Щусева сооружение должно было составить с мемориалом единый стилевой ансамбль, поэтому проект здания был полностью скопирован со старинных чертежей допетровских храмов. Внутреннюю роспись стен и алтарной части выполнили известные художники того времени Д. С. Стеллецкий и В. А. Комаровский. Однако после закрытия церкви в 1940 году от красочных библейских сюжетов на ее стенах мало что сохранилось.

Сегодня храм Сергия Радонежского вновь является действующим, но посещать его с экскурсионной целью можно лишь в промежутках между богослужениями. Церковь легко отыскать по толстым белоснежным башенкам и зеленовато-голубой окраске куполов.

Памятник Дмитрию Донскому Храм Сергия Радонежского

Село Монастырщино

Село находится в месте слияния Непрядвы и Дона и напрямую связано с событиями Мамаева побоища. По слухам, на месте современного населенного пункта был разбит лагерь Дмитрия Донского, и именно в земле Монастырщино нашли свой последний приют воины, павшие во время битвы. Спустя 500 лет здесь был воздвигнут храм Рождества Богородицы, который, благодаря своевременно проведенной реставрации, сегодня находится в отличном состоянии. Посетить церковь можно как самостоятельно, так и с экскурсионной группой, однако второй вариант предпочтительнее, так как дает право на получение дополнительных «бонусов» вроде подъема на колокольню, фотографирования в старинных доспехах и стрельбы из арбалета.

Храм Рождества Богородицы

На расстоянии примерно 1 км от храма находится то самое место, где Непрядва впадает в Дон. Явление это не ахти какое выдающееся, так что приходят сюда чаще для того, чтобы просто отдохнуть и понаблюдать с бережка за неторопливым речным течением.

Имеется в Монастырщино и памятник главному герою побоища – Дмитрию Донскому. Никакой исторической ценности этот новодел, установленный здесь в 1980 году, не несет, поэтому посещают его в основном, «для галочки». Путь к памятнику проходит через аллею Памяти и Единства – небольшую, выложенную тротуарной плиткой и обрамленную памятными досками, дорожку.

А вот в Зеленую Дубраву стоит сходить обязательно, причем не только для того, чтобы подышать чистым воздухом и полюбоваться на степные просторы. Когда-то в этом лесу стоял Запасной полк русской дружины, выжидая условного знака, чтобы влиться в сражение и предрешить его исход. Только не надейтесь увидеть в роще те же дубы, что стояли здесь при Дмитрии Донском – годы активной сельскохозяйственной деятельности сказались на массиве не лучшим образом. Впрочем, стараниями сотрудников заповедника местность постепенно принимает свой подлинный исторический облик. На территории бывшей дубравы высаживаются саженцы деревьев, а степные участки засеиваются ковыльными культурами, точно такими же, какие росли здесь во времена золотоордынского ига.

Информационный стенд для туристов в Монастырщино

Примерно в 5 км от села находится то самое Куликово поле, на котором монголо-татарское войско впервые потерпело поражение от русских дружин. Эпицентр сражения в 1380 году ограничивался небольшими речками (Смолка и Нижний Дубик), которые сегодня пересохли и превратились в ручьи. Угадать в этом ровном и заурядном отрезке донской степи пресловутое поле брани может разве что человек с очень бурной фантазией, поэтому перед въездом на поле стоит ориентир – щит с картой, которая поможет в какой-то мере восстановить ход тех далеких событий.

Поскольку все достопримечательности комплекса в Монастырщино располагаются в некотором отдалении друг от друга, на перемещение между ними потребуется личный автотранспорт или, на худой конец, – очень тренированные ноги. Ну а те, кого пугают спонтанные марш-броски по сельским окрестностям, могут заказать на конном дворе сани или бричку (в зависимости от времени года) и с ветерком прокатиться по историческим местам заповедника. Стоимость получасовой поездки – от 350 до 400 руб.

Музейный комплекс «Куликово поле» в Моховом

Чтобы узнать все исторические подробности сражения, поглазеть на археологические находки и оценить реалистичность макета одной из величайших битв за независимость, заскочите в село Моховое, где находится главный музейный комплекс заповедника. Место отличается развитой инфраструктурой, поэтому в состоянии предложить уставшему путнику и полноценный отдых, и столик в местном кафе. Заодно в местных лавочках можно запастись небольшими сувенирами с символикой Куликова поля.

Вход в новый музейный комплекс

Для тех, кто приехал на экскурсию с детьми, музей предлагает специальную экспозицию «Один в поле не воин», где с подрастающим поколением и в археологов поиграют, и необычные древние находки продемонстрируют.

Экскурсии по музею в зимнее время проводятся ежедневно (кроме вторника) с 10 до 16 ч. В летнее время без выходных с 10 до 17 ч (с понедельника по четверг) и с 10 до 19 ч (с пятницы по воскресенье).

Куда еще заглянуть, если останется время:

  • в поселок Епифань, где находится музей купеческого быта;
  • к Прощеному колодцу, у которого, по легенде, Дмитрий Донской омывал свои раны после битвы. Источник оборудован небольшой купелью и расположен в 12 км от Красного холма. Вода из него признана целебной;
  • в село Себино – на малую родину святой старицы Матроны Московской. Здесь же находится популярный у православных паломников храм Успения Пресвятой Богородицы.

В залах музея Здание нового музейного комплекса

Мероприятия

Пытаться восстановить весь ход битвы, взирая лишь на пустынный простор Куликова поля, – занятие, мягко говоря, не самое увлекательное, поэтому, если обычные экскурсии по степи кажутся вам скучноватой тратой времени, постарайтесь приехать в заповедник в третью неделю сентября, когда на поле раскидывает свои палатки ежегодный фестиваль военно-исторической реконструкции. На сегодняшний день это самое масштабное из всех аналогичных мероприятий, проводимых на территории России. Ну а по «концентрации» суровых бородачей в кольчугах и романтичных менестрелей на квадратный километр фестивалю и вовсе нет равных! Только здесь можно утром поучаствовать в реконструкции Куликовской битвы, в обед отправиться на средневековый шоппинг по ярмарке мастеров, а ночью влиться в стройные ряды русских богатырей, пирующих под открытым небом. Кроме того, на Масленицу и Рождество на Куликовом поле проводятся народные гулянья с выступлениями фольклорных коллективов, непременными горячими блинами и конкурсами.

Читайте также:  Как и почему растет миома

Военно-исторический фестиваль «Куликово поле»

Жилье и питание

Вариантов размещения в музее-заповеднике целых три: гостиница в Монастырщино, гостевые домики в этнографической деревне Моховое и мини-отель в поселке Епифань. Выглядит жилье привлекательно и колоритно, поскольку представляет собой небольшие особняки старинной постройки, которые заново поштукатурили и подкрасили. Например, в той же Епифани вас поселят в купеческий или мещанский домик с интерьерами в стиле первой половины XX века, предоставят в полное распоряжение настоящую русскую баню и вполне современную парковку, а при необходимости и самоваром снабдят.

А вот в плане питания туристам придется выкручиваться самостоятельно. И если в Епифани еще отыщется парочка скромных кафешек, то в Монастырщино, кроме небольшого буфета при музее, других точек общепита нет. Та же ситуация, правда, в несколько облегченном варианте, в Моховом: ресторанов здесь не водится, зато местные гостевые домики оборудованы прекрасными кухнями, где турист сможет сам приготовить обед.

Если же стоять у плиты не очень хочется, можно заскочить в кафе напротив Красного холма, где обычно обедают туристы, приехавшие в музей в составе экскурсионных групп. Кухня здесь без изысков, но блюда подаются свежие и сытные. Ну а гурманам придется совершить мини-путешествие до Богородицка, где и сервис качественнее, и полноценные рестораны имеются. За продуктами лучше прокатиться до деревни Ивановка: ассортимент в местных магазинчиках небогатый, но полуфабрикаты и бакалея тут всегда отыщутся.

Во время экскурсии по Куликову полю В сувенирной лавке

Как добраться

Музей-заповедник «Куликово поле» располагается в 320 км от Москвы на трассе М-4 «Дон». Поскольку сам комплекс захватывает территорию сразу трех районов Тулы, построить единый туристический маршрут к нему непросто. Обычно отправной точкой пути служит город Богородицк, а его конечными пунктами становятся либо Ивановка, где находится Красный холм, либо Монастырщино.

Оптимальный вариант транспорта для путешествия – это собственный автомобиль, ведь только на нем можно объехать все достопримечательности Куликова поля, разбросанные по площади почти в 8 га. Начинать знакомство с заповедником лучше с музея русского купечества в Епифани, после чего можно завернуть в Монастырщино, чтобы взглянуть на поле битвы, храм и музей, а там и рукой подать до Прощеного колодца.

Если вы все же рискнули отправиться на общественном транспорте, то из Тулы можно выехать на автобусе «Тула – Кимовск». Из Кимовска есть несколько ежедневных рейсов до Епифани и Монастырщино.

источник

Энциклопедия


Схема Куликовской битвы 8 сентября 1380 г.

Куликовская битва (Мамаево побоище), сражение между объединённым русским войском во главе с московским великим князем Дмитрием Ивановичем и войском темника Золотой Орды Мамая, состоявшееся 8 сентября 1380 г. [1] на Куликовом поле (исторической местности между реками Дон, Непрядва и Красивая Меча на юго-востоке Тульской области.

Усиление Московского княжества в 60-е годы XIV в. и объединение вокруг него остальных земель Северо-Восточной Руси шло практически одновременно с усилением власти темника Мамая в Золотой Орде. Женатый на дочери золотоордынского хана Бердибека, он получил титул эмира и стал вершителем судеб той части Орды, которая располагалась к западу от Волги до Днепра и на степных просторах Крыма и Предкавказья.


Ополчение великого князя Дмитрия Ивановича в 1380 г. Лубок XVII в.

В 1374 г. московский князь Дмитрий Иванович, обладавший ярлыком и на великое княжество Владимирское, отказался платить дань Золотой Орде. Тогда хан в 1375 г. передал ярлык на великое княжение Твери. Но против Михаила Тверского выступила фактически вся Северо-Восточная Русь. Московский князь организовал военный поход на Тверское княжество, к которому присоединились ярославские, ростовские, суздальские и полки других княжеств. Дмитрия поддержал и Новгород Великий. Тверь капитулировала. По заключенному договору владимирский стол признавался «отчиной» московских князей, а Михаил Тверской становился вассалом Дмитрия.

Однако честолюбивый Мамай продолжал рассматривать разгром вышедшего из подчинения Московского княжества как главный фактор усиления собственных позиций в Орде. В 1376 г. перешедший на службу к Мамаю хан Синей Орды Араб-шах Муззаффар (Арапша русских летописей) разорил Новосильское княжество, однако вернулся назад, избегая сражения с вышедшим за Окский рубеж московским войском. В 1377 г. он же на р. Пьяна разгромил не московско-суздальское войско. Посланные против ордынцев воеводы проявили беспечность, за что и поплатились: «А князья их, и бояре, и вельможи, и воеводы, утешающеся и веселящеся, пиюще и ловы деюще, мнящеся дом суще» [2] , а затем разорил Нижегородское и Рязанское княжества.

В 1378 г. Мамай, стремясь заставить вновь платить дань, направил на Русь войско во главе с мурзой Бегичем. Выступившие навстречу русские полки вел сам Дмитрий Иванович. Сражение произошло 11 августа 1378 г. в Рязанской земле, на притоке Оки р. Воже. Ордынцы были наголову разбиты и бежали. Сражение на Воже показало возросшую мощь Русского государства, складывающегося вокруг Москвы.

К участию в новом походе Мамай привлек вооруженные отряды из покоренных народов Поволжья и Северного Кавказа, в его войске были также тяжеловооруженные пехотинцы из генуэзских колоний в Крыму. Союзниками Орды выступили великий литовский князь Ягайло и князь рязанский Олег Иванович. Однако союзники эти были себе на уме: Ягайло не хотел усиления ни ордынской, ни русской стороны, и в итоге на поле сражения его войска так и не появились; Олег Рязанский пошел на союз с Мамаем, опасаясь за судьбу своего пограничного княжества, но он же первым сообщил Дмитрию о продвижении ордынских войск и не участвовал в битве.

Летом 1380 г. Мамай начал поход. Недалеко от места впадения реки Воронеж в Дон ордынцы разбили свои станы и, кочуя, ожидали вестей от Ягайло и Олега.

В грозный час опасности, нависшей над русской землей, князь Дмитрий проявил исключительную энергию в организации отпора Золотой Орде. По его призыву стали собираться воинские отряды, ополчения крестьян и горожан. Вся Русь поднялась на борьбу с врагом. Сбор русских войск был назначен в Коломне, куда из Москвы выступило ядро русского войска. По разным дорогам отдельно шёл двор самого Дмитрия, полки его двоюродного брата Владимира Андреевича Серпуховского и полки белозерских, ярославских и ростовских князей. Двигались на соединение с войсками Дмитрия Ивановича и полки братьев Ольгердовичей (Андрея Полоцкого и Дмитрия Брянского, братьев Ягайло). В составе войска братьев находились литовцы, белорусы и украинцы; горожане Полоцка, Друцка, Брянска и Пскова.

После прихода ратей в Коломну был проведен смотр. Собранное войско на Девичьем поле поражало своей многочисленностью. Сбор ратей в Коломне имел не только военное, но и политическое значение. Рязанский князь Олег окончательно избавился от колебаний и отказался от мысли присоединиться к войскам Мамая и Ягайло. В Коломне был сформирован походный боевой порядок: князь Дмитрий возглавил Большой полк; серпуховский князь Владимир Андреевич с ярославцами – полк Правой руки; в полк Левой руки был назначен командующим Глеб Брянский; Передовой полк составили коломенцы.


Святой Сергий Радонежский благословляет святого князя Димитрия Донского.
Художник С.Б. Симаков. 1988 г.

20 августа русское войско отправилось из Коломны в поход: важно было как можно скорее преградить путь ордам Мамая. Накануне похода Дмитрий Иванович посетил Сергия Радонежского в Троицком монастыре. После беседы князь и игумен вышли к народу. Осенив князя крестным знамением, Сергий воскликнул: «Пойди, господине, на поганых половцев, призывая Бога, и Господь Бог будет ти помощник и заступник» [3] . Благословляя князя, Сергий предрек ему победу, хотя и дорогой ценой, и отпустил в поход двух своих иноков, Пересвета и Ослябю.

Весь поход русской рати к Оке был проведен в относительно короткий срок. Расстояние от Москвы до Коломны, около 100 км, войска прошли за 4 дня. К устью Лопасни они прибыли 26 августа. Впереди находилось сторожевое охранение, которое имело задачу обезопасить главные силы от внезапного нападения врага.

30 августа русские войска начали переправу через Оку у селения Прилуки. Окольничий Тимофей Вельяминов с отрядом осуществлял контроль за переправой, ожидая подход пешей рати. 4 сентября в 30 км от реки Дон в урочище Березуй к русскому войску присоединились союзные полки Андрея и Дмитрия Ольгердовичей. Еще раз было уточнено местонахождение ордынского войска, которое в ожидании подхода союзников кочевало у Кузьминой гати.

Движение русского войска от устья Лопасни на запад имело целью не дать возможности соединиться литовскому войску Ягайло с силами Мамая. В свою очередь Ягайло, узнав о маршруте и численности русских войск, не торопился на соединение с монголо-татарами, топтался в районе Одоева. Русское командование, получив эти сведения, решительно направило войска к Дону, стремясь упредить соединение частей противников и нанести удар по монголо-татарской орде. 5 сентября конница русских вышла к устью Непрядвы, о чем Мамай узнал только на следующие сутки.

Чтобы выработать план дальнейших действий 6 сентября князь Дмитрий Иванович созвал военный совет. Голоса участников совета разделились. Одни предлагали идти за Дон и на южном берегу реки сразиться с противником. Другие советовали оставаться на северном берегу Дона и ждать нападения врага. Окончательное решение зависело от великого князя. Дмитрий Иванович произнес следующие знаменательные слова: «Братья! Лучше честная смерть, чем злая жизнь. Лучше было не выходить против врага, чем, прийдя и ничего не сделав, возвратиться обратно. Перейдем сегодня все за Дон и там положим головы свои за православную веру и братью нашу» [4] . Великий князь Владимирский предпочел наступательные действия, которые позволяли удерживать инициативу, что имело важное значение не только в стратегии (бить противника по частям), но и в тактике (выбор места боя и неожиданность удара по войску врага). После совета вечером князь Дмитрий и воевода Дмитрий Михайлович Боброк-Волынский переехали за Дон и осмотрели местность.

Местность, избранная князем Дмитрием для сражения, носила название Куликова поля. С трех сторон – запада, севера и востока она была ограничена реками Доном и Непрядвой, изрезана оврагами и мелкими речками. Правое крыло строящейся в боевой порядок русской рати прикрывали речки, впадающие в Непрядву (Верхний, Средний и Нижний Дубики); левое – довольно мелководная речушка Смолка, впадающая в Дон, и высохшие русла ручейков (балки с пологими склонами). Но этот недостаток рельефа местности компенсировался – за Смолкой высился лес, в котором можно было поставить общий резерв, охранявший броды через Дон и усиливавший боевой порядок крыла. По фронту русская позиция имела протяженность свыше восьми километров (некоторые авторы ее значительно уменьшают и затем подвергают сомнению многочисленность войск). Однако местность, удобная для действия конницы противника, ограничивалась четырьмя километрами и находилась в центре позиции – около сходящихся верховьев Нижнего Дубика и Смолки. Войско Мамая, имея преимущество в развертывании по фронту свыше 12 километров, могло атаковать конницей русские боевые порядки только на этом ограниченном участке, что исключало маневр конными массами.

В ночь на 7 сентября 1380 г. началась переправа главных сил. Пешие войска и обозы переходили через Дон по наведенным мостам, конница – вброд. Переправа совершалась под прикрытием сильных сторожевых отрядов.


Утро на поле Куликовом. Художник А.П. Бубнов. 1943–1947.

По сообщению сторожи Семена Мелика и Петра Горского, имевшей 7 сентября схватку с разведкой противника, стало известно, что основные силы Мамая находятся на расстоянии одного перехода и к утру следующего дня их следует ожидать у Дона. Поэтому, чтобы Мамай не упредил русскую рать, уже утром 8 сентября войско Руси под прикрытием Сторожевого полка приняло боевой порядок. На правом фланге, примыкавшем к обрывистым берегам Нижнего Дубика, встал полк Правой руки, в составе которого находилась дружина Андрея Ольгердовича. В центре расположились дружины Большого полка. Им командовал московский окольничий Тимофей Вельяминов. На левом фланге, прикрывшись с востока рекой Смолкой, построился полк Левой руки князя Василия Ярославского. Впереди Большого полка находился Передовой полк. За левым флангом Большого полка был скрытно расположен резервный отряд, который командовал Дмитрий Ольгердович. За полком Левой руки в лесном массиве Зеленая Дубрава Дмитрий Иванович поставил отборный отряд конницы из 10–16 тыс. человек [5] – Засадный полк, возглавляемый князем Владимиром Андреевичем Серпуховским и опытным воеводой Дмитрием Михайловичем Боброком-Волынским.

Читайте также:  Выходные дни почему так называются


Куликовская битва. Художник А. Ивон. 1850 г.

Такое построение было избрано с учетом местности и способа борьбы, который применяли золотоордынцы. Их излюбленным приемом являлся охват конными отрядами одного или обоих флангов противника с последующим выходом в его тыл. Русское войско заняло позицию, надежно прикрывавшуюся с флангов естественными препятствиями. По условиям местности противник мог атаковать русских лишь с фронта, что лишило его возможности использовать свое численное превосходство и применять обычный тактический прием. Численность русского войска, построенного в боевой порядок, достигала 50–60 тыс. человек [6] .

Войско Мамая, подошедшее утром 8 сентября и остановившееся в 7–8 километрах от русских, насчитывало около 90-100 тыс. человек [7] . Оно состояло из авангарда (легкая конница), главных сил (в центре находилась наёмная генуэзская пехота, а по флангам – тяжелая конница, развернутая в две линии) и резерва. Перед лагерем ордынцев рассыпались легкие отряды разведки и охранения. Замысел противника состоял в том, чтобы охватить рус. армию с обоих флангов, а затем окружить её и уничтожить. Основная роль в решении этой задачи отводилась мощным конным группировкам, сосредоточенным на флангах ордынского войска. Однако Мамай не спешил вступать в сражение, все еще надеясь на подход Ягайло.

Но Дмитрий Иванович решил втянуть войско Мамая в сражение и повелел полкам своим выступать. Великий князь снял свой доспех, передал его боярину Михаилу Бренку, а сам облачился в простой доспех, но не уступавший по своим защитным свойствам княжескому. В Большом полку было поставлено великокняжеское темно-красное (черемное) знамя – символ чести и славы объединенного русского войска. Оно было вручено Бренку.


Поединок Пересвета с Челубеем. Художник. В.М. Васнецов. 1914 г.

Битва началась около 12 часов. При сближении главных сил сторон произошел поединок русского воина инока Александра Пересвета с монгольским богатырем Челубеем (Темир-мурзой). Как гласит народное предание, Пересвет выехал без защитного доспеха, с одним копьем. Челубей был при полном вооружении. Воины разогнали коней и ударили в копья. Мощный одновременный удар – Челубей рухнул замертво головой к ордынскому войску, что было плохой приметой. Пере-свет несколько мгновений держался в седле и также пал на землю, но головой к противнику. Так народная легенда предопределила исход битвы за правое дело. После поединка разгорелась ожесточенная сеча. Как пишет летопись: «Сила велика татарская борзо с шоломяни грядуще и ту пакы, не поступающе, сташа, ибо несть места, где им разступитися; и тако сташа, копиа закладше, стена у стены, каждо их на плещи предних своих имуще, предние краче, а задние должае. А князь велики такоже с великою своею силою русскою з другого шоломяни поиде противу им» [8] .

В течение трех часов войско Мамая безуспешно пыталось прорвать центр и правое крыло русской рати. 3десь натиск ордынских войск был отбит. Активно действовал отряд Андрея Ольгердовича. Он неоднократно переходил в контратаку, помогая полкам центра сдерживать натиск врага.

Тогда главные усилия Мамай сосредоточил против полка Левой руки. В ожесточенной схватке с превосходящим противником полк понес большие потери и стал отходить. В сражение был введен резервный отряд Дмитрия Ольгердовича. Воины заступали на место павших, стремясь сдержать натиск врага, и только их гибель позволяла монгольской коннице продвигаться вперед. Воины Засадного полка, видя трудное положение своих ратных побратимов, рвались в бой. Владимир Андреевич Серпуховской, который командовал полком, решил вступить в сражение, но его советник – опытный воевода Боброк удерживал князя. Мамаева конница, тесня левое крыло и прорывая боевой порядок русской рати, стала выходить в тыл Большого полка. Ордынцы, подкрепленные свежими силами из резерва Мамая, минуя Зеленую Дубраву, набросилась на воинов Большого полка.

Наступил решающий момент битвы. Во фланг и тыл прорвавшейся золотоордынской конницы ринулся Засадный полк, о существовании которого Мамай не знал. Удар Засадного полка явился полной неожиданностью для татар. «В великий страх и ужас впадоша нечестивии. и возкликнуша, глаголюше: «Увы нам! . христиане упремудрили над нами, лутчиа и удалыа князи и воеводы втаю оставиша и на нас неутомлены уготовиша; наши же рукы ослабеша, и плещи усташа, и колени оцепенеша, и кони наши утомлени суть зело, и оружиа наша изринушася; и кто может против их стати. » [9] . Используя наметившийся успех, перешли в наступление и другие полки. Враг обратился в бегство. Дружины русских преследовали его на протяжении 30–40 километров – до реки Красивая Меча, где были захвачены обоз и богатые трофеи. Войско Мамая было разгромлено полностью. Оно практически перестало существовать [10] .

Вернувшись из погони, Владимир Андреевич стал собирать войско. Сам великий князь был контужен и сбит с коня, но смог добраться до леса, где и был найден после битвы под срубленной берёзой в бессознательном состоянии [11] . Но и русская рать понесла большие потери, что составило около 20 тыс. человек [12] .

Восемь дней русское войско собирало и хоронило убитых воинов, а затем двинулось к Коломне. 28 сентября победители вступили в Москву, где их ожидало все население города. Битва на Куликовом поле имела огромное значение в борьбе русского народа за освобождение от чужеземного ига. Она серьезно подорвала военное могущество Золотой Орды и ускорила ее последующий распад. Весть о том, что «Русь великая одолела Мамая на поле Куликовом», быстро разнеслась по всей стране и далеко за ее пределы. За выдающуюся победу народ прозвал великого князя Дмитрия Ивановича «Донским», а его двоюродный брат, серпуховский князь Владимир Андреевич – прозвище «Храбрый».

Отряды Ягайло, не дойдя до Куликова поля 30-40 километров и узнав о победе русских, скорым маршем вернулись в Литву. Союзник Мамая не пожелал рисковать, поскольку в его войске находилось немало славянских отрядов. В рати Дмитрия Ивановича присутствовали видные представители литовских воинов, которые имели сторонников в войске Ягайло, и те могли перейти на сторону русских войск. Все это вынудило Ягайло быть максимально осторожным в принятии решений.

Мамай же, бросив свое разбитое войско, с горсткой соратников бежал в Кафу (Феодосия), где был убит. Власть в Орде захватил хан Тохтамыш. Он потребовал от Руси возобновления выплаты дани, утверждая, что в Куликовской битве поражение потерпела не Золотая Орда, а узурпатор власти – темник Мамай. Дмитрий ответил отказом. Тогда в 1382 г. Тохтамыш предпринял карательный поход на Русь, хитростью захватил и сжег Москву. Безжалостному разорению подверглись также крупнейшие города Московской земли – Дмитров, Можайск и Переяславль, а затем ордынцы прошли огнем и мечом по рязанским землям. В результате этого набега ордынское владычество над Русью было восстановлено.


Дмитрий Донской на Куликовом поле. Художник В.К. Сазонов. 1824.

По своим масштабам Куликовская битва не имеет себе равных в средневековье и занимает видное место в истории военного искусства. Стратегия и тактика, примененные в Куликовской битве Дмитрием Донским, превосходили стратегию и тактику врага, отличались наступательным характером, активностью и целеустремленностью действий. Глубокая, хорошо организованная разведка позволила принимать верные решения и совершить образцовый марш-маневр к Дону. Дмитрий Донской сумел правильно оценить и использовать условия местности. Он учел тактику противника, раскрыл его замысел.


Погребение павших воинов после Куликовской битвы.
1380 г. Лицевой летописный свод XVI в.

Исходя из условий местности и применяемых Мамаем тактических приемов, Дмитрий Иванович рационально расположил на Куликовом поле имевшиеся в его распоряжении силы, создал общий и частный резерв, продумал вопросы взаимодействия полков. Получила дальнейшее развитие тактика русского войска. Наличие в боевом порядке общего резерва (Засадного полка) и его умелое применение, выразившееся в удачном выборе момента ввода в действие, предопределили исход битвы в пользу русских.

Оценивая итоги Куликовской битвы и предшествующую ей деятельность Дмитрия Донского ряд современных ученых, наиболее полно изучивших данный вопрос, не считают, что московский князь ставил перед собой цель возглавить антиордынскую борьбу в широком понятии этого слова, а лишь выступил против Мамая, как узурпатора власти в Золотой Орде. Так, А.А. Горский пишет: «Открытое не­подчинение Орде, переросшее в вооружен­ную борьбу с ней, произошло в период, ко­гда власть там попала в руки нелегитимного правителя (Мамая). С восстановлением «законной» власти была предпринята по­пытка ограничиться чисто номинальным, без уплаты дани, признанием верховенства «царя», но военное поражение 1382 года ее сорвало. Тем не менее отношение к ино­земной власти изменилось: стало очевид­ным, что при определенных условиях воз­можно ее непризнание и успешное воен­ное противостояние Орде» [13] . Поэтому, как отмечают другие исследователи, несмотря на то, что выс­тупления против Орды происходят еще в рамках прежних представлений об отношениях между русскими князьями – «улусниками» и ордынскими «царями», «Куликовская битва, несомненно, стала поворотным пунктом в становлении нового самосознания русских людей» [14] , а «победа на Куликовом поле закрепила за Москвой значение организатора и идеологического центра воссоединения восточнославянских земель, показав, что путь к их государственно-политическому единству был единственным путём и к их освобождению от чужеземного господства» [15] .


Памятник-колонна, изготовленный по проекту А. П. Брюллова на заводе Ч. Берда.
Установленный на Куликовом поле в 1852 г. по инициативе первого исследователя
битвы обер-прокурора Священного Синода С. Д. Нечаева.

Времена ордынских нашествий уходили в прошлое. Стало ясно, что на Руси есть силы, способные противостоять Орде. Победа способствовала дальнейшему росту и укреплению Русского централизованного государства и подняла роль Москвы как центра объединения.

[1] 21 сентября (8 сентября по юлианскому календарю) в соответствии с Федеральным законом от 13 марта 1995 г. № 32-ФЗ «О днях воинской славы и памятных датах России» является Днём воинской славы России — День победы русских полков во главе с великим князем Дмитрием Донским над монголо-татарскими войсками в Куликовской битве.

[2] Летописный сборник, именуемый Патриаршей или Никоновской летописью. ПСРЛ. Т. XI. Спб., 1897. С. 27.

[3] Цит. по: Борисов Н.С. И свеча бы не угасала. Исторический портрет Сергия Радонежского. М., 1990. С.222.

[4] Никоновская летопись. ПСРЛ. Т. XI. С. 56.

[5] Кирпичников А.Н. Куликовская битва. Л., 1980. С. 105.

[6] Эта численность рассчитана советским военным историком Е.А. Разиным на основе общего количества населения русских земель с учетом принципов комплектования войск для общерусских походов. См.: Разин Е.А. История военного искусства. Т. 2. Спб., 1994. С. 272. Такую же численность русского войска определяет и А.Н. Кирпичников. См.: Кирпичников А.Н. Указ. соч. С. 65. В трудах историков XIX в. эта численность варьируется от 100 тыс. до 200 тыс. человек. См.: Карамзин Н.М. История государства Российского. Т. V. М., 1993.С. 40; Иловайский Д.И. Собиратели Руси. М., 1996. С. 110.; Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Книга 2. М., 1993. С. 323. Русские летописи приводят крайне преувеличенные данные о численности русского войска: Воскресенская летопись – около 200 тыс. См.: Воскресенская летопись. ПСРЛ. Т. VIII. Спб., 1859. С. 35; Никоновская летопись — 400 тыс. См.: Никоновская летопись. ПСРЛ. Т. XI. С. 56.

[7] См.: Скрынников Р.Г. Куликовская битва // Куликовская битва в истории культуры нашей Родины. М., 1983. С. 53-54.

[8] Никоновская летопись. ПСРЛ. Т. XI. С. 60.

[9] Там же. С. 61.

[10] «Задонщина» говорит о бегстве Мамая сам-девять в Крым, то есть о гибели 8/9 всего войска в битве. См.: Задонщина // Воинские повести Древней Руси. Л., 1986. С. 167.

[11] См.: Сказание о Мамаевом побоище //Воинские повести Древней Руси. Л., 1986. С. 232.

[12] Кирпичников А.Н. Указ. соч. С. 67, 106. По Е.А. Разину ордынцы потеряли около 150 тыс., русские убитыми и умершими от ран – около 45 тыс. человек (См.: Разин Е.А. Указ. соч. Т. 2. С. 287–288). Б. Урланис говорит о 10 тыс. убитых (См.: Урланис Б.Ц. История военных потерь. Спб., 1998. С. 39). В «Сказании о Мамаевом побоище» говорится, что было убито 653 боярина. См.: Воинские повести Древней Руси. С. 234. Приводимая там же цифра общего числа погибших русских дружинников в 253 тыс. явно является завышенной.

[13] Горский А.А. Москва и Орда. М. 2000. С. 188.

[14] Данилевский И.Н. Русские земли глазами современников и потомков (XII-XIV вв.). М. 2000. С. 312.

[15] Шабульдо Ф.М. Земли Юго-Западной Руси в составе Великого княжества Литовского. Киев, 1987. С. 131.

Юрий Алексеев, старший научный сотрудник
Научно-исследовательского института военной истории
Военной академии Генерального штаба
Вооруженных Сил Российской Федерации

источник