Меню

Членовредительство в местах лишения свободы

Сегодня чаще всего можно встретить научные статьи, посвященные реализации гражданских прав осужденных лиц, находящихся в местах лишения свободы, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ). Анализируются проблемы, которые возникают у данных лиц по поводу права владения, пользования и распоряжения собственностью, совершения сделок, заключения договоров.

Но кроме осужденных в гражданско-правовые отношения вступают исправительные учреждения Федеральной службы исполнения наказаний. Они имеют гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренные в его учредительных документах, и несут связанные с этой деятельностью обязанности [2, с.16]. Исправительные учреждения вступают в гражданские правоотношения по различным основаниям. Это касается промышленной, хозяйственной сфер и т.п. Как и любые другие субъекты гражданских правоотношений они имеют право на защиту своих имущественных прав в случае причинения им материального ущерба.

Имущественный ущерб исправительным учреждениям причиняется часто лицами, отбывающими наказание в местах лишения свободы. Одним из способов причинения материального вреда исправительному учреждению, где осужденный отбывает наказание в виде лишения свободы, является членовредительство.

Членовредительством признается умышленное повреждение какого-либо члена, органа тела самому себе [3, с.315]. Данное понятие в словарях разных авторов толкуется почти одинаково.

На первый взгляд сложно уловить взаимосвязь между причинением вреда своему здоровью осужденным и материальным ущербом учреждению, в котором он отбывает наказание. Имущественный ущерб выражается в том, что администрация исправительного учреждения несет дополнительные затраты, связанные с лечением осужденного. К таким затратам относятся стоимость медицинских препаратов и расходных материалов, приобретенных для лечения осужденного, стоимость проведенных операций, затраты, которые понесло исправительное учреждение при перемещении осужденного в медучреждение и т.п.

Материальная ответственность осужденных к лишению свободы наступает в соответствии с ч. 2 ст. 102 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ), где сказано, что осужденный должен возмещать ущерб, причиненный исправительному учреждению за дополнительные затраты, связанные с его лечением в случае умышленного причинения вреда своему здоровью. Гражданское законодательство предусматривает ответственность за причинение материального ущерба по ст. 1064 ГК РФ. Согласно данной статье вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Между исправительным учреждением и осужденным возникают обязательственные правоотношения на основании статьи 307 ГК РФ, где осужденный в лице должника обязан возместить причиненный вред, т.е. оплатить денежную сумму кредитору – исправительному учреждению.

Взыскание с осужденного затрат, которые были направлены на лечение, осуществляется в судебном порядке в рамках искового производства. Администрации исправительного учреждения важно документально зафиксировать факт умышленного членовредительства, доказать этот факт в суде, раскрыть цели, мотивы совершения данного деяния. С осужденного в обязательном порядке необходимо истребовать письменное объяснение по факту случившегося, где он должен указать способ совершения, мотивы, цели, предмет, с помощью которого был причинен вред здоровью и иные обстоятельства. Также необходимо опросить очевидцев случившегося, собрать все материалы, которые имеют значение для данного дела.

Материальная ответственность осужденного наступает лишь в том случае, если его намерения причинить вред своему здоровью были умышленные. Поскольку причинение вреда здоровью может возникнуть и без умысла, при осуществлении, например, трудовой деятельности в производственном секторе исправительного учреждения. Администрации исправительного учреждения важно выявить причины умышленного причинения вреда своему здоровью. Среди основных причин, которые чаще всего встречаются можно выделить причинение вреда своему здоровью осужденным с целью уклонения от трудовой деятельности, поскольку обязанность трудиться прописана в ст. 103 УИК РФ, где сказано, что осужденные обязаны трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Другой причиной совершения членовредительства является желание попасть в лечебное учреждение. Это связано, прежде всего, с отличиями условий отбывания наказания в исправительных колониях от лечебно-исправительных учреждений, в том числе по мотивам недовольства условиями содержания и режимными требованиями. Ещё одним распространенным детерминирующим фактором совершения членовредительства является выражение явного неуважения к администрации исправительной колонии, установленным правилам внутреннего распорядка, который носит демонстративный противостоящий характер и совершается часто группой лиц, как попытка дискредитации уголовно-исполнительной системы.

Факты членовредительства по причинам уклонения от уголовной ответственности и препятствования судопроизводства фиксируются и в следственных изоляторах, где содержаться подозреваемые и обвиняемые лица. В соответствии со ст. 41 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые несут материальную ответственность за ущерб причиненный государству во время содержания под стражей. Размер ущерба определяется начальником следственного изолятора путем вынесения постановления о взыскании материального ущерба, выраженный актом членовредительства в определенной сумме, которая была потрачена на транспортировку подозреваемого, обеспечение охраны и надзора в период его нахождения в больнице, оказания медицинской помощи по месту содержания. В случае уклонения от исполнения постановления руководство учреждения направляет в суд исковое заявление.

На сегодняшний день в большинстве случаев иски, предъявляемые в суд со стороны учреждений уголовно-исполнительной системы по поводу причинения имущественного вреда осужденными путем членовредительства, удовлетворяются. Но проблемным остается вопрос возмещения убытков со стороны ответчика – осужденного. Для взыскания с осужденного затрат на его лечение выигравшая в суде сторона получает решение и исполнительный лист. Администрация исправительного учреждения имеет право обратить взыскание на денежные средства, которые находятся на лицевом счете осужденного[4, с.32]. В соответствии с ч.2 ст.100 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» отмечено, что взыскание по исполнительным документам обращается на заработную плату, пенсию или иные доходы граждан, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, в том числе лечебных исправительных учреждениях, лечебно-профилактических учреждениях, а также в следственных изоляторах при выполнении ими функций исправительных учреждений в отношении указанных граждан. Следовательно, взыскать сумму легче с тех лиц, которые работают в исправительном учреждении. Встает вопрос о том, каким образом исполнить решение суда в отношении лиц, которые не работают и не имеют заработной платы. На практике основным источником иных доходов неработающих осужденных являются денежные переводы родственников на их лицевой счет в соответствии ч. 5 ст. 91 УИК РФ и приказом Минюста РФ от 08.12.2006 № 356 «Об утверждении Инструкции по учету личных денег и других ценностей, принадлежащих осужденным, подозреваемым и обвиняемым, находящимся в исправительных учреждениях и следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний». В ст. 101Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» указан перечень видов доходов, на которые не может быть обращено взыскание. В данном перечне переводы родственников осужденному лицу на лицевой счет не упоминаются, поэтому это доход может взыскиваться. В данном случае законодатель не ставит в зависимость взыскание денежных средств с иных доходов осужденных лиц и факт уклонения от работы осужденного лица.

Если у осужденного отсутствуют денежные средства на лицевом счете, то исполнительный лист может быть передан по месту регистрации осужденного в службу судебных приставов сразу или после освобождения от отбывания наказания.

Что касается подозреваемых и обвиняемых лиц, то причиненный вред возмещается ими в добровольном порядке. По просьбе подозреваемого или обвиняемого материальный ущерб может быть возмещён его родственниками или иными лицами с их согласия.

Следует отметить, что до настоящего времени работа по возмещению вреда в полном объеме осужденными в отношении исправительных учреждений является малоэффективной и не приводит к же­лаемым результатам. Осложнения в решении этой проблемы связаны с особенностями удержаний денежных средств по судебным решениям, в отсутствии средств, подлежащих удержанию, неимение имущества у осужденного для обращения на него взыскания, уклонения от трудовой деятельности в местах лишения свободы и т.п.

Проблема, которая касается фактов членовредительства и, как следствие, причинение имущественного вреда исправительным учреждениям на сегодняшний день требует разрешения. Тенденции к снижению умышленного причинения вреда своему здоровью осужденными лицами не наблюдается, поскольку с помощью таких неправомерных действий они достигают определенных целей, при этом подрывая деятельность уголовно-исполнительной системы в целом. Между фактами членовредительства осужденных, подозреваемых и обвиняемых лиц и материальным ущербом исправительным учреждениям прослеживается прямая взаимосвязь. Способы взыскания денежных средств у осужденных по решению суда в результате причинения материального вреда исправительному учреждению путем членовредительства на сегодняшний день являются исчерпывающими. Следовательно, для того чтобы снизить дополнительные затраты, которые несут учреждения уголовно-исполнительной системы нужно принимать меры для снижения фактов членовредительства. Для реализации данной задачи должны присутствовать различные меры воспитательного, административного, уголовного, оперативного характера.

Читайте также:  Как избавиться от корней сирени на участке

На наш взгляд, эффективным средством профилактики членовредительства осужденных могут стать меры уголовно-исполнительного характера. Одной из эффективных мер может быть признание осужденного злостным нарушителем порядка отбывания наказания в местах лишения свободы с соответствующими вытекающими негативными последствиями для него[5, с.48]. В связи с этим, предлагается внести изменения в ч. 1 ст. 116 УИК РФ после слов «организация группировок осужденных, направленных на совершение указанных в настоящей статье правонарушений, а равно активное участие в них» дополнить словами «совершение умышленного членовредительства». Предлагается также внесение изменений в ст. 78 УИК РФ, которая бы в ч. 4.2 предусматривала исключение из срока отбывания наказания период времени, который осужденный провел в лечебном учреждении по причине умышленного причинения вреда своему здоровью. Компетенция изменения срока отбывания наказания должна принадлежать суду для того, чтобы объективно и в полной мере оценить факт умышленного причинения вреда самому себе. Факт осознания того, что осужденный своими действиями может увеличить срок отбывания наказания в местах лишения свободы, возможно, являлся бы сдерживающим фактором к совершению подобных деяний. Поскольку к мерам гражданско-правового характера по возмещению вреда исправительным колониям добавлялась бы мера уголовно-исполнительного характера. Внесение указанных изменений способствовало бы созданию дополнительных механизмов ответственности осужденных при отбывании наказаний в местах лишения свободы, а для уголовно-исполнительной системы позволило бы в целом поддерживать более эффективную деятельность учреждений, в которых осужденные отбывают наказание.

Спасенников Б.А., д.ю.н., профессор, главный научный сотрудник ФКУ НИИ ФСИН России, г. Москва;

Дворянсков И.В., д.ю.н, доцент, главный научный сотрудник ФКУ НИИ ФСИН России, г. Москва.

источник

Ханов А.Ф., старший научный сотрудник НИИ Академии Комитета УИС МЮ РК, майор юстиции.

Членовредительство стало традиционным способом выражения протеста со стороны осужденных, отмечается своеобразная “мода” на проведение актов массового членовредительства, голодовки в местах лишения свободы. Зачастую действия осужденных носят тщательно спланированный характер, о чем свидетельствует одновременное начало акции в нескольких отрядах, камерах. Проведение подобных акций в ряде случаев становится заранее известно различным правозащитным организациям, родственникам осужденных, корреспондентам средств массовой информации, которые однозначно комментируют акты членовредительства осужденными как акцию протеста против жестокого обращения сотрудников учреждения или невыносимых условий содержания. Вместе с тем осужденные могут преследовать иные цели:

  • вытребовать себе льготы, не предусмотренные установленным положением;
  • дестабилизация обстановки в учреждении;
  • изменение условий содержания;
  • послабление режима и предоставление возможности свободного передвижения по территории учреждения;
  • отстранение от должности неугодных сотрудников УИС;
  • дискредитация администрации ИУ, СИЗО;
  • смягчение правил внутреннего распорядка;
  • получить послабления по болезни;
  • добиться перевода в больницу, преследуя при этом самые различные цели (например, совершение побега; уход от преследователей в “зоне”; передача сведений, относящихся к совершенному преступлению, и т.д.);
  • добиться уступок от администрации учреждения.

Статистика аутоагрессивных проявлений среди осужденных и следственно-арестованных, по данным Комитета УИС, показывает: в 2006 г. был 41 факт членовредительства с участием 106 человек; в 2007 г. – 51 факт членовредительства с участием 318 человек; за 2008 г. – 68 случаев с участием 113 осужденных.

Проблема предупреждения членовредительства среди осужденных имеет исключительную важность, особенно если учесть, что иногда это явление принимает характер эпидемии.

Членовредительство наравне с суицидом является аутоагрессивным проявлением, но по сравнению с суицидальными актами групповые акты членовредительства имеют последствия гораздо более опасные для дестабилизации нормального функционирования учреждений УИС и общества в целом. По данным Комитета УИС МЮ РК, динамика фактов группового членовредительства выглядит следующим образом: в 2005 г. – 10 фактов, в 2006 г. – 9 фактов групповых, 1 массовое, в 2007 г. – 11 фактов групповых, 5 массовых; в 2008 г. – 17 фактов. Таким образом, наблюдается рост групповых актов членовредительства. Как правило, исправительные учреждения, где имело место групповое членовредительство, “переживают” временный период дестабилизации работы учреждения, связанный, во-первых, с возможной сменой руководства, во-вторых, с тем, что общественный резонанс привлекает в учреждение представителей различных надзорных и общественных организаций с проверками. Все это может породить волну подобных актов со стороны осужденных других учреждений.

Сотрудники учреждений всегда должны помнить о том, что не всегда веские причины провоцируют осужденных на членовредительство, они могут годами сдерживать свое недовольство, но незначительное событие способно вызвать неадекватную реакцию, т.е. исполнить роль “фитиля”. Речь идет о поводе. Наиболее распространенными являются:

  • сам факт осуждения к лишению свободы;
  • оставление приговора без изменения (решение апелляционной инстанции, пересмотр уголовного дела);
  • отказы: в помиловании, в переводе в колонию-поселение, в условно-досрочном освобождении;
  • водворение в ШИЗО;
  • перевод в ПКТ;
  • нарушение прав и законных интересов;
  • насильственное склонение к гомосексуальной связи;
  • привлечение к участию в самодеятельных организациях осужденных;
  • в случае “вынужденного” сотрудничества с администрацией ИУ и др.

Необходимо обратить внимание, что групповые членовредительства как мощные протестные акции могут использовать уголовные авторитеты для достижения своих целей. Для этого они дают так называемые прогоны об одновременном “вскрытии” в целях привлечения внимания СМИ, правозащитников и общественности.

Лидеры организованных преступных группировок обладают межрегиональными и коррумпированными связями на свободе и в ИУ. Они направляют свои усилия на консолидацию противоправной деятельности спецконтингента, установление контроля над основной массой осужденных, противодействуют администрации.

Именно эти лица в целях ослабления установленного законом режима содержания в учреждениях организовывают акции членовредительства осужденных. Лидеры группировок отрицательной направленности путем угроз физической расправы могут заставить осужденных совершать акты членовредительства.

С целью отстранения от должности сотрудников УИС, добросовестно исполняющих свои обязанности, ведется работа по дискредитации администрации ИУ. При этом используются представители отдельных правозащитных организаций и СМИ. Принимаются меры для воздействия на членов семей осужденных. Среди них распространяется заведомо ложная информация о якобы имеющих место в местах лишения свободы пытках, издевательствах и убийствах. Родственникам осужденных, попавшим под влияние преступного мира, могут выделяться средства для пикетирования ИУ и СИЗО, предоставляться транспорт, места в гостиницах, спиртные напитки и т.п.

Отдельные СМИ могут использоваться криминальными авторитетами для разжигания конфликта и освещения событий в ходе массового акта членовредительства. Телекомпании фактически могут действовать по прямому указанию организаторов. “Обработка” СМИ представителями криминала может привести к тому, что ряд изданий и телекомпаний преподнесут информацию не только тенденциозно, но и с большим количеством искажений реальных фактов и событий. Тональность этих сюжетов может повествовать о “беспределе со стороны администрации”, “бедственном положении осужденных”, при этом предоставляться слово для комментариев якобы родственникам осужденных, мнение администрации учреждения может замалчиваться.

СМИ могут формировать в общественном сознании образ осужденного, отбывающего наказание в местах лишения свободы в виде обиженного, случайно попавшего за решетку человека; грабителей, воров и убийц, совершивших преступления, представить в качестве случайно “оступившихся”, а в целом честных, справедливых людей.

Необходимо иметь наступательную позицию в отношениях со СМИ, информировать общество о том, кто на самом деле и за какие деяния находится в местах лишения свободы и какие цели на самом деле преследуются путем проведения массовых актов членовредительства.

Для повышения эффективности профилактической работы, осуществляемой сотрудниками ИУ, важно знать особенности лиц, совершающих акты аутоагрессии, прежде всего их социально-демографические, уголовно-правовые и пенитенциарно-криминологические характеристики. Это необходимо как для выявления осужденных, от которых можно ожидать совершения членовредительства, так и для качественного проведения индивидуальной или групповой профилактической работы.

Зачастую к совершению членовредительства приводит отчаяние, чувство незащищенности, неверие в возможность администрации защитить осужденного или подследственного от агрессии со стороны других осужденных или подследственных. Поэтому принятие мер по восстановлению доверия к сотрудникам может быть серьезным фактором в профилактике членовредительства и самоповреждений среди спецконтингента. Одна из таких мер – повышение качества расследований по каждому факту самоповреждения и исключение случаев квалификации насилия со стороны других осужденных и подследственных как членовредительства или несчастного случая.

Читайте также:  При какой температуре выпекать пирог в электрической духовке

Строгое выполнение плана надзора в подразделениях УИС, постоянный контроль за осужденными, недопущение на территории исправительного учреждения различных азартных игр и появления проигравшихся, проспоривших и т.п. снижают количество межличностных конфликтов в среде осужденных.

Профилактическая деятельность должна начинаться с момента зарождения противоправных намерений, так как работа оперативных и режимных подразделений должна строиться в режиме опережения.

Основные направления профилактической деятельности с лицами, содержащимися в исправительных учреждениях:

  • изучение психофизиологических особенностей;
  • изучение личных дел, опросы, переписка с родственниками;
  • своевременное реагирование на жалобы и заявления осужденных, а также их родственников;
  • анализ взаимоотношений между осужденными;
  • взаимодействие с оперативными сотрудниками с целью накопления информации о возможных проявлениях аутоагрессии со стороны осужденных;
  • индивидуальная психологическая работа;
  • прием осужденных (их родственников) руководством на регулярной основе по личным вопросам;
  • медицинский контроль;
  • четкая организация взаимодействия между службами в исправительных учреждениях.

Факторы, которые могут влиять на снижение эффективности профилактической работы по предупреждению членовредительств:

  • отсутствие системы учета, регистрации и анализа актов членовредительств;
  • сокрытие случаев самоповреждений осужденных;
  • слабое взаимодействие в профилактической работе персонала учреждений;
  • недостаточная психолого-педагогическая компетентность сотрудников исправительного учреждения.

Целесообразно сразу после водворения лиц в СИЗО и карантинные помещения ИУ проводить разъяснительную работу по ознакомлению их с правилами поведения в местах лишения свободы. Пребывание в карантинном отделении используется для предварительного изучения осужденного, особенностей его характера, определения образовательного уровня, а также для обследования состояния здоровья и проведения санитарно-гигиенических мероприятий.

В карантинном отделении с осужденными проводятся занятия, целью которых является разъяснение их прав и обязанностей, режимных требований, правил внутреннего распорядка, взаимоотношений с администрацией ИУ и другими осужденными.

Каждому осужденному разъясняют порядок изменения вида ИУ, представления к условно-досрочному освобождению и перевода с одних условий отбывания наказания в другие, а также ставят в известность о сроках возможного изменения вида ИУ, представления к условно-досрочному освобождению и перевода с одних условий отбывания наказания в другие.

Воспитательная работа с осужденными в карантинном отделении проводится в форме занятий, бесед и встреч с сотрудниками ИУ, осужденным предоставляют возможность читать книги, газеты, журналы, прослушивать центральные и местные радиопередачи, смотреть телепередачи.

Работа с вновь прибывшими осужденными осуществляется в соответствии с комплексным планом занятий с осужденными в карантинном отделении, к ее проведению привлекаются сотрудники всех служб ИУ.

Для организации эффективной профилактической работы необходимо особое внимание уделять осужденным, имеющим лидерский статус, которые бывают подстрекателями и организаторами противоправных аутоагрессивных действий. Их потенциальная опасность заключается в том, что они, оставаясь в тени, могут организовывать массовые членовредительства. Работу с этой категорией осужденных необходимо проводить с подключением арсенала уголовного законодательства, предусматривающего уголовную ответственность за действия такого характера.

Для снижения риска взаимного “криминального заражения” в результате совместного пребывания различных категорий преступников необходима работа по дискредитации асоциальных ценностей отрицательно настроенной части осужденных. С помощью психологических приемов необходимо показывать всю условность и прозрачность “романтики воровской жизни”.

В заключение следует отметить, что проблема предупреждения членовредительства в местах лишения свободы острая и не имеет четкой, стандартной интерпретации. Каждый случай членовредительства, будь то массовый или единичный, носит индивидуальный характер. В решении проблемы предупреждения членовредительства многое зависит от действий сотрудников учреждения в конкретной ситуации, условиях. Основное лекарство от данной “болезни” (членовредительство, массовые неповиновения и т.п.), лежащей за пределами сферы уголовной политики, – социально-экономическое, психологическое, нравственное оздоровление общества.

источник

В последнее время случаи аутоагрессии (членовредительства) в местах лишения свободы используются для попыток дискредитации уголовно-исполнительной системы. Едва ли не каждая царапина подается как попытка самоубийства. К сожалению, есть средства массовой информации, которые охотно подхватывают эту тему.
ЦИФРЫ ПРОТИВ ЭМОЦИЙ
Их пристрастность наглядно показывают цифры. Среднемировой уровень суицида составляет 14 случаев на 100 тысяч человек. В России количество самоубийств превышает 21 случай на 100 тысяч человек.
В исправительных колониях ГУФСИН России по Республике Башкортостан в 2012 году зафиксирован всего один случай самоубийства на 12,5 тысяч осужденных. В расчете на 100 тысяч человек этот показатель равен 8.
Если же учитывать только мужчин в возрасте от 20 до 60 лет (а они составляют 95 процентов всех осужденных, отбывающих наказание в нашей республике), то контраст будет еще разительней. Для сравнения: в Башкортостане уровень самоубийств в этой группе населения достигает 150 случаев на 100 тысяч человек. (Данные за 2010 год).
Один самоубийца-осужденный за год. Зато количество информационных материалов, в которых упоминалось о самоубийстве осужденных в Башкортостане, в 2012 году превысило 50. В среднем, СМИ оповещали о попытках суицида в исправительных колониях УИС Башкортостана раз в неделю. У непосвященного человека может сложиться впечатление, что осужденные только и озабочены тем, как бы лишить себя жизни. Слова “самоубийство”, “суицид”, “увечья” чаще всего использовались без всякого на то основания.
СЛЕДСТВЕННЫЕ ИЗОЛЯТОРЫ – ТЕМА ОСОБАЯ
Стоит оговориться, что в статистике не учтены случаи самоубийств в следственных изоляторах. Там они происходят чуть ли не на порядок чаще. В 2012 году покончили жизнь самоубийством 3 следственно-арестованных. Причины высокого уровня суицида в местах предварительного заключения секрета не составляют. Это и стресс после ареста, и страх перед наказанием, и чувство вины за содеянное, а у кого-то еще и стыд, и раскаяние. К душевным мукам нередко прибавляются и физические, в виде абстинентного синдрома. Ведь преступления часто совершаются в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. Алкоголизм и наркомания сами по себе повышают вероятность суицида. Специалистам известны даже периоды повышенного риска в СИЗО. Это первые дни после ареста и дни накануне оглашения приговора, особенно когда подсудимый имеет все основания полагать, что снисхождения суда ждать не стоит. И, несмотря на круглосуточный надзор, гораздо более плотный, чем в исправительных колониях, арестанты ухитряются свести счеты с жизнью. Это показывает, что если человек действительно принял решение умереть, остановить его очень сложно.
Но поскольку речь в СМИ идет о фактах членовредительства, подаваемых как попытка самоубийства, произошедших именно в исправительных колониях, мы исключим следственные изоляторы из дальнейшего анализа.
СЛАБЫЕ ДУХОМ
Так кто же совершает членовредительства? Кто наносит себе порезы, глотает инородные тела, втыкает в себя острые предметы?
Прежде всего, стоит выделить лиц с отклонениями в психике, для которых характерны повышенная эмоциональная возбудимость, пониженный самоконтроль, агрессивность, импульсивность действий. Среди осужденных таких достаточно много – более 800 человек. Лица с психическими заболеваниями и различными психическими отклонениями и составляют львиную долю – 53 процента от общего числа членовредителей. Не случайно одно из трех отделений ФКЛПУ Республиканская больница, где лечат осужденных, – психиатрическое.
А те, у кого с головой все в полном порядке и нервы не шалят, идут на членовредительство расчетливо. Их действия носят демонстративно-шантажный характер.
Шантажисты тоже бывают разными. Одни отличаются слабыми морально-волевыми качествами. Они не любят брать ответственность за свои поступки, не сознают вины. Среди преступников таких много. Зато самомнение у них зашкаливает. Они считают себя несправедливо обделенными. И как результат – неадекватная реакция на предъявляемые к ним требования. Духовная незрелость и приводит к совершению поступков из разряда «назло маме отморожу уши».
Другие не такие. Это волевые люди, злостно нарушающие установленный порядок отбывания наказания и ставящие целью ослабление режимных требований. Они – неплохие организаторы. Их акции нередко носят коллективный характер. Такие заключенные достаточно осведомлены в медицине, чтобы свести к минимуму последствия для здоровья, не повредить жизненно важные органы. Они понимают значение общественного мнения и пытаются использовать его для давления на администрацию исправительного учреждения. Как правило, членовредительство приурочивается к посещению адвоката, который становится распространителем информации. Аутоагрессия подается как протест против жестокого обращения. Именно эти случаи и получают наибольший информационный резонанс. Для большего впечатления, осужденные идут на различные уловки, например, разводят пущенную кровь водой, чтобы создать впечатление обильного кровотечения. Ангажированный или чересчур наивный человек, увидевший залитую бурой жидкостью камеру, известит мир о «лужах крови».
Если на свободе соотношение незавершенных попыток суицида к завершенным составляет 3:1, то в местах лишения свободы на один случай самоубийства приходится более 100 случаев аутоагрессии.
Кандидат психологических наук Александр Сысоев дает такой обобщенный портрет аутоагрессанта: «Это мужчина в социально активном возрасте – 25-35 лет, осужденный за корыстно-насильственное преступление, принадлежащий к группе отрицательной или неопределенной направленности, неженатый, к которому неоднократно применялось наказание за нарушение режима отбывания наказания, в том числе за оскорбления и нападения как на других осужденных, так и на сотрудников исправительного учреждения».
Не случайно, 2/3 случаев аутоагрессии в исправительных колониях ГУФСИН России по Республике Башкортостан приходиться на места, где находятся злостные нарушители режима: ШИЗО, помещения камерного типа (ПКТ), отряды со строгими условиями содержания (СУС). А вот в производственной зоне, где колющих и режущих предметов хоть отбавляй, желание нанести вред своему здоровью минимально (около 6 процентов всех случаев). Между тем, в ШИЗО, ПКТ, СУС отбывают наказание десятки осужденных, а на производстве работают тысячи. Эти данные еще раз подтверждают, что для осужденных, стремящихся вернуться в общество нормальными людьми, аутоагрессия нетипична.
Что же касается самоубийства, то психолог отмечает, что на него чаще всего решаются осужденные другого склада, те, кто «характеризуется низким уровнем антисоциального поведения. Как правило, представители «болота» (неопределившиеся) осужденные или осужденные, находящиеся в группах положительной направленности к режиму отбывания наказания». Такие люди критикам уголовно-исполнительной системы неинтересны.
ПИСАТЕЛИ ПРОТИВ ЖУРНАЛИСТОВ
Мнение психологов, изучавших проблему аутоагрессии и суицида в местах лишения свободы, наверное, убедит не всех. Кто-то сочтет, что их выводы, обусловлены сотрудничеством с уголовно-исполнительной системой. Но вот мнение известных писателей, не понаслышке знавших, что собой представляет контингент, отбывавший наказание в местах лишения свободы. Их заподозрить в пристрастности невозможно.
Откроем повесть Виктора Астафьева «Людочка». Раскрывая характер одного из персонажей – трусливого подонка по кличке Стрекач, – писатель использует такую деталь, как следы аутоагрессии: «Только мелькнул Стрекач оголившимся животом, исчирканным красными полосами – не раз симулировал в лагерях отчаянность, чиркал себя лезвием по брюху».
Следы от порезов для писателя – верный признак симуляции.
Писатели, прошедшие лагеря, отмечают, что членовредительство свойственно представителям уголовного мира – «уркам». Отдельные разновидности аутоагрессии представляют старинную лагерную забаву. Вот, например, известный сценарист Валерий Фрид в книге «58 с половиной или записки лагерного придурка» пишет: «У блатных было много картинных способов продемонстрировать нежелание работать – например, прибить гвоздем мошонку к нарам»; «На меня большое впечатление произвел такой эпизод: блатарь-отказчик вырвался из рук надзирателей, скинул с себя – с прямо-таки немыслимой быстротой! – всю одежду до последней тряпки, закинул один валенок на крышу барака, другой за зону и плюхнулся голым задом в сугроб. При этом он орал: «Пускай медведь работает, у него четыре лапы!»
А вот, что рассказывает поэт Игорь Губерман, в 1979-1984 годах отбывавший наказание по обвинению в скупке краденых икон: «Именно в «шизо» и в «буре» … совершают зеки поступки, непонятные здравому рассудку, находя в них средство от тоски. Глотают костяшки домино, ложки, пуговицы, иголки, шахматные фигуры – и не одну. И не для того, чтобы попасть в больницу и передохнуть от лагерного труда – такое тоже бывает целью, но главным образом (как я понял, расспрашивая делавших такое) – чтобы досадить надзирателям и начальству…. Острая жажда доказать, что ты хотя бы над самим собою властен, и таким вот образом от смертельной тоски уйти – кажется мне главной побудительной причиной совершенно необъяснимых самокалечений. И вскрывают себе вены «крестом» – на обеих руках и ногах одновременно, и с размаху полощут себя бритвой по животу (видел я у двоих рубцы, оставшиеся от такого способа заявить себя и свой протест), и глотают черт-те что – что попадется.
…мой сосед по нарам, ждавший уже пятого суда в своей жизни (двадцать лет провел в лагерях), рассказал мне, как они когда-то целой камерой (десять человек) прибили себе к нарам мошонки …
– А чего вы добивались.
– А уже не помню даже точно. Чепухи какой-то. Кажется, нас прогулки лишили за игру после отбоя в шахматы. Или отобрали просто шахматы за это, нет, не помню, но одно из этих двух». («Прогулки вокруг барака»).
«Самоубийств профессиональные уголовники не знают, процент самоубийств среди них равен нулю», – отмечает Варлам Шаламов в «Очерках преступного мира».
Писатель дает исчерпывающую характеристику личности потенциального членовредителя: «Ложь, обман, провокация по отношению к фраеру, хотя бы к человеку, который спас блатаря от смерти, – все это не только в порядке вещей, но и особая доблесть блатного мира, его закон». «Лживость блатарей не имеет границ, ибо в отношении фраеров (а фраера – это весь мир, кроме блатарей) нет другого закона, кроме закона обмана – любым способом: лестью, клеветой, обещанием». «Вор-блатарь стоит вне человеческой морали». «Блатари сплошь и рядом истерики и неврастеники. Пресловутый «дух» блатаря, способность «психануть» – говорит за расшатанность нервной системы». «Дух, душок – это своеобразное воровское понятие. Это и смелость, и напористость, и крикливость, и своеобразная удаль, и стойкость наряду с некоторой истеричностью, театральностью. ». «Блатной мир любит театральность в жизни».
В наши дни представители ряда СМИ считают достоверным другой облик матерых уголовников – их преподносят публике как несгибаемых борцов за права человека. Они «от отчаяния вскрыли себе вены», – полагает Марьяна Торочешникова на «Радио Свобода». «В знак протеста против произвола», пытаясь «отстоять свои законные права на человеческие условия содержания», – сообщает Вячеслав Козлов из «Газета.ru». «В знак протеста против избиений и пыток», – вторит информационное агентство «Тульские новости». Список изданий и журналистов, прославляющих нравы криминального мира, можно множить. А источник этих сведений один – слова самих уголовников-членовредителей.
Так, с кем же вы, господа журналисты?
КАК СЛОВО НАШЕ ОТЗОВЕТСЯ
Есть еще один аспект освещения этой проблемы. Членовредитель работает на публику. Чем больший резонанс получает его поступок, чем сочувственнее отклики, тем сильнее желание «выступить на бис» у самого осужденного. Статистика это четко показывает. В прошлом году журналисты как никогда широко освещали случаи аутоагресии, впервые отмечена одобрительная реакция. И вот результат: в 2012 году количество людей, совершавших членовредительства неоднократно, выросло по сравнению с 2011 годом сразу на 41 процент.
Захотят получить проверенным способом свои 15 минут славы и ему подобные. В 2012 году зафиксирован рост количества осужденных, участвовавших в групповых формах аутоагрессии – на 19 процентов. Увеличилась и средняя численность групп. Осужденные понимают, чем больше участников, тем проще привлечь к себе внимание. Вот к чему приводит информационная поддержка.
Небольшая заметка может спровоцировать серию случаев членовредительства. Мало того, что вольно или невольно масс-медиа способствуют попыткам дестабилизировать обстановку в местах лишения свободы, так еще и налогоплательщикам обойдется в копеечку лечение «артистов». Не исключены и трагические последствия.
Специалисты, изучающие проблему суицида, считают, что определенный процент самоубийств на самом деле следует считать несчастными случаями. Человек хотел всего лишь попугать, пошантажировать окружающих, понадеялся, что спасут, но ошибся в расчетах или увлекся. При эффектном членовредительстве элемент риска присутствует – одно неосторожное движение – и конец. Но поскольку мысли покойника не прочтешь, как правило, с уверенностью отделить несчастные случай от самоубийства не удается.
Провокация аутоагрессии может привести к смертельному исходу. Поэтому не стоит оповещать о подобных происшествиях публику без очень веских на то оснований и тщательной проверки всех обстоятельств дела. Полагаться только на слова членовредителя как минимум непрофессионально. Журналисты, помните, что в местах лишения свободы ваше слово воспринимается иначе – обостреннее.

Читайте также:  Как выглядит вороний глаз растение

источник

Adblock
detector