Меню

Антон антонович дельвиг и пушкин

“Никто на свете не был мне ближе Дельвига“, – писал Пушкин. Дельвиг был не только другом души, но и большим поэтом, при жизни его недооценивали едва ли не все, кроме Александра Сергеевича. С Пушкиным Дельвига сблизила общая любовь к поэзии: “С ним толковал обо всем, что душу волнует, что сердце томит”, – вспоминал впоследствии Пушкин. Антон Дельвиг носил баронский титул, а по отцу он происходил из прибалтийских Немцов, но не слова по-немецки он не знал, что и было с прискорбием замечено на вступительном экзамене в лицее, но по прошению московского главнокомандующего и его отца он поступил в лицей. Особое влияния он уделял изучению русской литературы, по свидетельству директора лицея Е. А. Энгельгарда, знал ее лучше всех своих товарищей. В лицее он начинал писать стихи и вскоре стал одним из первых лицейских поэтов; в его стихотворениях Пушкин находил ” необыкновенное чувство гармонии и той классической стройности, которой никогда он изменял”. Также Пушкин ценил Дельвига как рассказчика. Он входил в поэтическую группу, сложившуюся вокруг Пушкина. Дельвиг был первым кто еще в лицее объявил Пушкина поэтическим наследником Державина и главой нового поэтического движения. Дельвиг первым из лицейских поэтов стал печататься в журналах. В этих изданиях Дельвига Пушкин принимал деятельное участие. Еще в 1815 году, в пору ученья, Дельвиг опубликовал стихотворение “К Пушкину ” – первый в русской литературе восторженный отзыв о молодом поэте, уверенно предрекавший ему бессмертие:

Пушкин! Он и в лесах не укроется:

Лира выдаст его громким пением,

И от смертных восхитит бессмертного

Аполлон на Олимп торжествующий.

Пушкин посвящает Дельвигу ряд стихотворений: “Послушай, муз невинных” (1815 г.) , “Блажен, кто с юных лет увидел пред собою” (1817 г.) , Любовью, дружеством и ленью”, “Се самый Дельвиг тот, что нам всегда твердил” (1817-1820 гг.). К 1827-1836 гг. относятся стихотворения и отдельные строки, посвящённые Дельвигу : “Прими сей череп, Дельвиг ”, “Кто на снегах возрастил Феокритовы нежные розы? ”, “Сонет”, “Мы рождены, мой брат названный”, “Чем чаще празднует лицей” и “Художнику”. А с 1830 года “Литературную газету”. Пушкин участвовал во всех изданиях Дельвига в качестве сотрудника, помощника и редактора. С исключительным достоинством он вёл полемику с писателями и критиками, которые отстаивали устаревшие и ложные принципы художественного творчества. В годы ссылки Пушкина Дельвиг поддерживал с ним переписку как личного, так и литературного характера. Радостным был приезд Дельвига в Михайловское в апреле 1825 года. По этому случаю, Пушкин написал:

Когда постиг меня судьбины гнев,

Для всех чужой, как сирота бездомный,

Под бурею главой поник я томной

И ждал тебя, вещун пермесских дев,

И ты пришёл, сын лени вдохновенный,

О Дельвиг мой: твой голос побудил

Сердечный жар, так долго усыплённый,

И бодро я судьбу благословил.

Встречи Пушкина и Дельвига возобновляются летом 1827 года. Петербургский салон Дельвига был одним из культурных центров столицы, и Пушкин посещал его ежедневно. За помещение в “Литературной газете” стихотворения Де ла Виня, посвященного жертвам Июльской революции во Франции, Дельвиг получил грубейший выговор от Бенкендорфа; ему было запрещено издавать “Литературную газету”. События эти сильно потрясли Дельвига, и вскоре, заболев горячкой, он умер. Потрясенный известием о ранней смерти своего лицейского друга, Пушкин написал: “Помимо его прекрасного таланта, это была отлично устроенная голова и душа склада необычного. Он был лучший из нас”. Преждевременная смерть Дельвига была для Пушкина ужасным известием.

Пушкин был знаком с семьей Дельвига: женой Софьей Михайловной, дочерью Елизаветой и малолетними братьями Дельвига Александром и Иваном, жившими вместе с Дельвигом в Петербурге.

Из всех лицеистов он один до конца и без оговорок любил Пушкина и, конечно, больше всех понимал его значительность, понимал силу таинственных голосов, которые звучали вокруг Пушкина не только днем и наяву, но порой и во сне.

Ни время, ни неравный рост поэтических сил не поколебали этой дружбы. Она началась среди садов Лицея и кончилась у гроба Дельвига, хотя при общности эстетических потребностей и духовного устремления они были не похожи ни характерами, ни внешностью.

источник

Антон Антонович Дельвиг родился в Москве в немецкой семье баронов из Прибалтики. Отец – тоже Антон Антонович Дельвиг служил в астраханском полку, потом стал помощником коменданта Московского кремля. Он вышел в отставку в чине генерал-майора. Мать русская – Любовь Матвеевна Красильникова была внучкой ученого-астронома А.Д. Красильникова. Дельвиг-младший получил сначала домашнее образование под попечением частного учителя А. Д. Боровкова. Он сумел заинтересовать мальчика литературой, пристрастил к чтению. Потом Антон посещал частный пансион. К математическим наукам он не проявлял никаких наклонностей.

В 1811 году Антон Дельвиг поступил в царскосельский лицей. Был способным, но очень ленивым ребенком, играм и шалостям предпочитал валяться на постели, бродить по царскосельскому парку или читать. Читал он много и порой бессистемно. Он обладал живым и ярким воображением, умел мастерски фантазировать. Его рассказы завораживали лицеистов. Его фантазиям верили даже преподаватели.

В 1814 году, в 16-летнем возрасте его стихи «На взятие Парижа» были напечатаны в «Вестнике Европы». К выпуску он написал стихотворение «Шесть лет», которое сокурсники-лицеисты приняли с восторгом. Стихотворение положили на музыку, лицеисты его разучили и пели. Пушкин высоко оценивал талант Дельвига. Он писал:

По окончании лицея он определен на службу в департамент горных и соляных дел, а потом в министерстве финансов. Гуманитарий по природе, Дельвиг чувствовал себя в департаменте и в министерстве неуютно, не на своем месте, поэтому всеми силами добивался перевода. Он вел переписку с директором Императорской публичной библиотеки Олениным. И только в 1821 году стал в ней помощником библиотекаря. В тот период библиотекарем служил известный баснописец И. А. Крылов. За то, что Дельвиг посетил в Михайловском Пушкина, его под другим предлогом отстранили от службы в библиотеке. Не помогло даже заступничество влиятельных друзей.

30 октября 1825 года Дельвиг женился на девятнадцатилетней Софье Михайловне Салтыковой. Сватовство Антона Антоновича было не безоблачным. Дело в том, что до Дельвига к Софье Салтыковой сватался Петр Каховский, но получил отказ отца девушки. Хотя сама Софья была увлечена молодым человеком. Это был тот самый, который впоследствии оказался в числе повешенных за активное участие в декабрьском восстании. С Дельвигом Софья Михайловна познакомилась в мае 1825 года. Сначала отец Софьи Михайловны дал согласие на брак, но потом неожиданно отказался от своего слова. Какова была в том причина, так и осталось неизвестным. Сама Софья Михайловна считала, что все дело в ипохондрии отца.

До сватовства к Софье Салтыковой у Антона Дельвига было еще одно сердечное увлечение. Ее звали Софья Дмитриевна Пономарева. Она держала литературный салон, где свои басни читал Крылов, а Гнедич знакомил поклонников своего творчества с переводами «Иллиады». Молодые литераторы преклонялись перед Пономаревой. Не обошла сия участь и Дельвига. Он признавался ей в своих чувствах, но был отвергнут. После неудачи в любви к Пономаревой, этот отказ Салтыкова-отца привел Дельвига в отчаяние. Он чувствовал, что с Софьей Михайловной они были близки духовно. Оба носили очки и оба увлекались литературой. Лето пролетело быстро, и отец, видимо, заметив, что Дельвиг не успел охладеть к его дочери, дал согласие на брак.

Дом Дельвигов стал известным в тот период литературным салоном, который посещали Пушкин, Баратынский, Языков, Жуковский, издатель Плетнев. В этот же период Дельвиг начал свою издательскую деятельность. За 5 последующих лет было выпущено семь книжек альманаха «Северные цветы», альманах «Подснежник». В 1830 году он начал издавать «Литературную газету», которая продолжала издаваться и после его смерти.

Как у всякого талантливого человека, у Дельвига были почитатели, завистники и враги. Литературные враги не жалели яда, упрекая Дельвига в лени и в том, что он стоит в тени своих талантливых друзей – Баратынского и Пушкина. Его, Кюхельбекера и Баратынского упрекали в том, что они в стихах хвалят друг друга. Были и другие выпады в адрес «пушкинского круга». Рождение «Литературной газеты» стало своеобразным ответом на выпады недругов. В ее создании, кроме Дельвига, активное участие приняли Пушкин, Вяземский, Жуковский, Языков, Плетнев, Баратынский.

Жизнь Антона Дельвига оказалась короткой. Существует версия, что конфликт c Бенкендорфом, главой Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии из-за очередной публикации в литературной газете серьезно подкосил Дельвига. Бенкендорф пригрозил Дельвигу ссылкой в Сибирь, и Дельвиг понимал, что после декабрьского восстания это не было пустой угрозой. Он расстроился, долго бродил по сырому короткому Петербургу, и это стало причиной его тяжелой болезни. Смерть Дельвига, этого ленивого гения, как назвал его Пушкин в одном из своих произведений, тяжело была воспринята поэтом. Узнав о смерти друга, Пушкин написал Плетневу и Хитрово:

Некоторые считают, что имя Дельвига оказалось увековеченным благодаря его дружбе с Пушкиным, но это не так. Дельвиг сам по себе был незаурядной личностью и талантливым поэтом. Ведь не случайно директор лицея Энгельгардт поручил написать прощальный гимн не признанному гению Пушкину, не Кюхельбекеру, и не Илличевскому, который тоже писал стихи, а именно Дельвигу. Романс Дельвига «Соловей» на музыку Алябьева до сих пор исполняют лучшие голоса России.

источник

220 лет назад, 17 августа 1798 года, родился Антон Антонович Дельвиг. Он прожил короткую жизнь, но успел сделать немало для русской словесности, практически не вставая с дивана.

Леность – эту черту отмечали все современники Антона Дельвига. Рожденный в семье обрусевшего немецкого барона Антон ни в чем не знал недостатка. Когда пришло время поступать в Лицей, мальчик не стал менять привычного образа жизни. На уроках он не «постигал науки», а «отбывал учебу». Окружающие говорили, что он ленив и туповат, способности его посредственны, равно как и прилежание.

Но безразличный ко всему мешковатый тюфяк преображался, как только его что-то заинтересовывало. Он в момент становился весельчаком, балагуром и насмешником. Еще он, не моргнув глазом, сочинял про себя самые невероятные истории.

Но «завод кончался», и Дельвиг снова превращался в праздного сибарита, лениво отбывающего учебные, а впоследствии и рабочие часы. Лицейские педагоги пытались найти склонность Антона хоть к одной дисциплине, но тщетно: Дельвиг учиться не хотел ни в какую.

К своим 14-ти годам Антон не выучил ни одного иностранного языка. Даже несмотря на то, что весь свет говорил по-французски, а не вворачивать в речь иностранные словечки считалось дурным тоном.

Зато русским языком юноша владел виртуозно. Уже в 1814 году его стихотворение «На взятие Парижа» было напечатано в популярном на то время издании «Вестник Европы». На момент выхода стихотворения в печать Антону было 15 лет, а его стих уже декламировали в модных литературных салонах.

«Прощальная песнь воспитанников» вообще на многие годы стала неофициальным гимном учеников Царскосельского лицея. Так что преподаватели, среди которых было огромное количество иноземцев, просто просмотрели талант юноши, не считая важным владение русским языком. А между тем уже при жизни поэта его стихи перелагались на музыку такими известными композиторами как Даргомыжский, Глинка, Алябьев, Варламов.

Читайте также:  Как называется растение листики которого похожи на листья клевера

Царскосельский лицей, литография XIX века. Источник: wikimedia.org

Уже почти двести лет этот романс исполняется в самых престижных оперных залах, а слова многие воспринимают как народные. На самом деле этот стих принадлежит перу Дельвига и изначально был посвящен Пушкину, отправленному в ссылку. И это было далеко не единственное произведение, которое заучивали наизусть, перекладывали на ноты и пели в компаниях.

Самого автора сейчас вспоминают только в связи с А.С. Пушкиным. А ведь не было бы Дельвига – могло бы и не быть Пушкина. По крайней мере, такого, которого мы знаем: великого, известного поэта общемирового значения.

Они дружили еще со времен Лицея. Пушкина еще никто не знал, а Дельвига уже печатали. И только по рекомендации Антона произведения Пушкина пошли в печать и были замечены публикой.

«А.С. Пушкин на экзамене в Царском Селе 8 января 1815 года», И. Репин, 1911 г.

В 1825 году книготорговец Иван Сленин предложил Дельвигу создать альманах «Северные цветы». Но вольнодумство молодых сочинителей привлекло внимание властей. А после восстания декабристов цензура вообще свирепствовала.

Во главе департамента стоял Бенкендорф. Когда Пушкин и их общий друг по лицею поэт-декабрист Вильгельм Кюхельбекер были в ссылке, Дельвиг, состоявший с друзьями в переписке, печатал их стихи на страницах издаваемого им альманаха. Но «высочайшим повелением» в 1830 году альманах был закрыт.

Титульный лист альманаха Дельвига «Северные цветы». Источник: wikimedia.org

Дельвиг предпринял еще одну попытку продвижения русской словесности. Он открыл новое издание – «Литературная газета». Все шло хорошо, но однажды Бенкендорф известил Дельвига, что издание закроют, если не будет кардинально пересмотрен список авторов.

В результате интриг Дельвигу запретили издавать газету, но само издание не закрыли. Барон передал владение газетой в руки Ореста Сомова. После обращения Сомова о предоставлении ему возможности выпускать газету разрешение было запросто получено.

Дельвиг настолько переживал все эти политические игрища, что его здоровье оказалось подорванным.

Существует несколько версий, отчего этот талантливый и творческий человек умер в 32 года. По одним источникам, барона подкосил тиф, по другим, причиной смерти стало воспаление легких, которое он подхватил, долгое время просидев без движения в апатии на лавке в зимнем парке после очередного скандала с Бенкендорфом.

Но есть и еще одна версия – печально-романтическая. Дельвиг, несмотря на всю свою лень, женщин любил. Долгое время он был на пару с Кюхельбекером обожателем популярной в Петербурге замужней дамы Софи Пономаревой. Но потом опомнился, встретил хорошую девушку Софью Салтыкову, потомственную боярышню. И женился.

Поначалу супруги жили очень дружно, а потом жена Дельвига уподобилась тезке Софи и стала собирать в своем салоне талантливых мужчин. Хаживал туда и поэт Евгений Баратынский с братом Сергеем. Вот якобы в объятиях последнего Дельвиг и застал свою жену в самый разгар неприятностей с Бенкендорфом. А ведь в семье росла маленькая дочка…

После этого Антона Антоновича не было дома несколько дней, а потом он вернулся, повалился на кровать прямо в одежде и вскоре умер от лихорадки.

источник

Антон Дельвиг – поэт и лицейский друг Александра Пушкина. Его имя неоднократно встречается в стихотворениях самого знаменитого русского поэта. Дельвиг был организатором литературного салона в Петербурге, издавал альманах «Северные цветы» и основал «Литературную газету».

Антон Антонович Дельвиг – представитель старинного, но разорившегося рода. Его предки были баронами, перебравшимися в Россию из Прибалтики. Антон родился в Москве 6 августа 1798 года. Кроме титула, его семья не располагала никакими богатствами. Отец служил в Астраханском полку и, выйдя в отставку в звании генерал-майора, стал комендантом Московского Кремля. Его жалованья с трудом хватало на самое необходимое. Мать Любовь Красильникова приходилась внучкой ученому-астроному Андрею Красильникову.

Портрет Антона Дельвига

Родители отдали мальчика на обучение в частный пансион. В его образовании и дальнейшей биографии важную роль сыграл педагог Александр Дмитриевич Бородков. Именно он привил ребенку любовь к словесности и литературе, рекомендовал отцу отправить сына в недавно открывшийся Царскосельский лицей.

Антону было 13 лет. По счастливой случайности он попал в один класс с Иваном Пущиным, Александром Пушкиным и Вильгельмом Кюхельбекером. Друзья-лицеисты были из небогатых семей, но отличались талантами и массой благородных качеств.

Полноватого и немного неуклюжего Дельвига быстро приняли в компанию. Как и его приятели, мальчик не питал склонности к точным наукам, поэтому учителя считали его лентяем. Одноклассники же писали колкие эпиграммы и дразнили ровесника из-за его непонятливости и нерасторопности, дав прозвище «Лень Тоси».

Лицеисты Вильгельм Кюхельбекер, Антон Дельвиг, Иван Пущин, Александр Пушкин

Но стоило дойти до литературы, Дельвиг менялся на глазах. Он цитировал классиков на языке оригинала, не зная его, и писал стихи. Когда дело касалось творчества, юноша демонстрировал богатое воображение и проницательность. Рассказы Антона завораживали приятелей, а его выдумкам верили учителя. В остальное же время поэт праздно валялся в постели, бродил по парку вблизи лицея или наслаждался чтением.

Одним из первых произведений Дельвига стало «На взятие Парижа», которое в 1814 году опубликовал «Вестник Европы» под псевдонимом Русский. В честь окончания лицея поэт сочинил стихотворение «Шесть лет». Выпускники написали для него музыку и распевали как песню.

Завершив обучение, Дельвиг поступил служащим в департамент горных и соляных дел, а спустя некоторое время оказался сотрудником канцелярии министерства финансов. Будучи гуманитарием, Антон не испытывал интереса к новым обязанностям, поэтому работал без вдохновения и отдачи. Данные ему поручения выполнялись медленно, что раздражало начальство.

Портрет Антона Дельвига

Дельвиг мечтал о переводе и даже вел переписку с Алексеем Николаевичем Олениным, директором Императорской публичной библиотеки. В 1820-м его старания увенчались успехом: поэта приняли на службу помощником библиотекаря. С 1821 по 1825 год библиотекарем в этом учреждении работал баснописец Иван Андреевич Крылов. Но и здесь Антон не пришелся ко двору.

Иван Андреевич Крылов

Вместо того, чтобы составлять описание книг и заносить их в картотеку, поэт зачитывался произведениями, забывая о работе. Предлог для увольнения нашелся скоро. За посещение Пушкина, находящегося в Михайловском, нерадивого служащего уволили, несмотря на заступничество его высокопоставленных друзей. Дельвиг сменил несколько ведомств, но нигде не мог проявить себя. Однообразная деятельность тяготила мечтательного молодого человека, поэтому его карьера не задалась.

Антон Дельвиг не оставил огромного литературного наследия, но его стих «Соловей», музыку к которому сочинил Александр Александрович Алябьев, считается классическим произведением. Его исполняют лучшие российские и мировые вокалисты.

Антон Дельвиг и Александр Пушкин

Дельвиг был известен как литературный деятель, поэт и издатель. В 1819 году с друзьями Александром Пушкиным, Вильгельмом Кюхельбекером и Евгением Баратынским сочинитель создал «Союз поэтов». Это общество не было профессиональным, а скорее представляло собой дружеское объединение.

Поскитавшись по разным ведомствам и так и не найдя себе применения, поэт взялся издавать альманах «Северные цветы». Он обладал удивительным чутьем на таланты и проявлял организаторские способности, привлекая к сотрудничеству авторов из Москвы и Санкт-Петербурга. Следующим альманахом, выпускаемым Дельвигом, стал «Подснежник».

Песня «Соловей» на стихи Антона Дельвига

Главным детищем поэта оказалась «Литературная газета». Основав ее в 1830 году при поддержке Александра Пушкина и Петра Вяземского, Антон выступал в роли критика, противоборствующего с «коммерческой» литературой и необразованной аудиторией.

На страницах издания нашлось место произведениям Пушкина и Кюхельбекера, бывших в опале. Газета пользовалась спросом и обсуждалась в разных кругах, но в 1831 году отношения Антона Дельвига с цензорами обострились, и редакцию закрыли. Любопытно, что работа издания возобновилась после кончины основателя.

Антон Дельвиг с друзьями

Дельвиг примкнул к числу людей, которым были не чужды оппозиционные общественно-политические взгляды. Он дружил с декабристами Михаилом Бестужевым и Кондратием Рылеевым, участвовал в судьбе газеты «Полярная звезда». Несмотря на близкие отношения с воинствующими революционерами, Антон предпочитал оставаться на безопасном расстоянии от эпицентра событий.

Литературное наследие поэта состоит из 170 стихов. Автор занимался творческими поисками и оказался в числе первых создателей сонетов в России. Дельвигу нравился размер русского народного стиха. К произведениям Антона писали музыку Михаил Глинка, Александр Даргомыжский и Александр Варламов.

Первую любовь Антона Дельвига звали Софья Дмитриевна Пономарева. Она держала литературный салон, где представлял свои произведения Крылов, а Николай Гнедич читал переводы «Иллиады». Дама поражала сердца многих начинавших литераторов, и Дельвиг не был исключением. Признание в страстных чувствах не нашло отклика в ее душе, и поэту пришлось забыть о своей любви.

Антон Дельвиг и Софья Пономарева

Новой подругой Антона стала Софья Михайловна Салтыкова, дочь тайного советника при дворе Александра I. Ранее к ней сватался Петр Каховский, получивший отказ от отца девушки, хотя чувства молодых людей были взаимны.

Знакомство Салтыковой с Дельвигом произошло весной 1825 года. Поначалу суровый родитель Сони благословил их брак, но позднее взял свое слово обратно: Салтыков был ипохондриком, часто менявшим собственное мнение. Так или иначе, но свадьба состоялась осенью того же года, Софья Михайловна стала женой Антона Антоновича.

Софья Салтыкова, жена Антона Дельвига

Духовная близость, схожие интересы, увлечение литературой – у молодоженов было много общего. Их дом быстро стал литературным салоном, где бывали Василий Жуковский, Александр Пушкин, Евгений Баратынский и другие. Супруга заучивала наизусть стихи и играла на фортепиано. Девушка понимала, кто становился гостем ее дома: она с юности увлекалась творчеством приятелей Дельвига.

Личная жизнь Антона Дельвига сложилась удачно, он очень любил жену. В их союзе не появилось много детей, но единственная дочь Елизавета Антоновна была горячо любима отцом.

На закрытие «Литературной газеты», созданной Дельвигом, повлияли доносы писателя и журналиста Фаддея Булгарина. Потеряв любимое детище, поэт затосковал. Сказалась и угроза шефа жандармов Александра Бенкендорфа сослать в Сибирь. В непростое революционное время слова чиновника могли стать судьбоносными.

Могила Антона Дельвига

Поэт начал часто болеть. Причиной его смерти оказался перенесенный тиф. Кончина друга потрясла его лицейских приятелей, ведь Дельвиг был еще молод – 32 года. Могила Антона Антоновича находится в Некрополе мастеров искусств в Петербурге.

Поэзия Дельвига не столь популярна, чтобы строки из его произведений стали цитатами, но память о деятельности автора сохранена. Сегодня существует ежегодная литературная премия имени Антона Дельвига «За верность Слову и Отечеству», присуждаемая литераторам, пропагандирующим в творчестве русские традиции. Портрет поэта можно увидеть в учебниках по литературе и в книгах, посвященных истории Царскосельского лицея.

источник

Дельвиг А.А. Русский поэт, критик, журналист, лицейский друг Пушкина, барон А.А. Дельвиг родился 6 (17) августа 1798 года в Москве.

Он происходил по отцу из старинного, но обедневшего рода лифляндских баронов, потомков рыцарей-меченосцев. К концу XVIII века семья Дельвигов настолько обрусела, что сам поэт даже не знал немецкого языка.

Отец его был помощником коменданта Московского Кремля, по-старинному – плац-майором.

Мать, Любовь Матвеевна, из рода русских дворян Красильниковых.

Читайте также:  Как размножить тую черенками осенью

На вопрос анкеты “сколько имеет во владении душ, людей, крестьян?” – наследник баронского титула после смерти отца чистосердечно отвечал: ” Не имею”.

Начальное образование Дельвиг получил в частном пансионе в Москве и под руководством домашнего учителя А.Д. Боровкова, который привил ему вкус к русской словесности и отвращение к точным наукам.

В октябре 1811 года г-н Боровков привез толстенького неповоротливого румяного Антошу Дельвига в Петербург, для поступления в открывающийся Царскосельский лицей. С 19 октября 1811 года началась его лицейская жизнь.

На вступительном экзамене он познакомился с А.С. Пушкиным; знакомство вскоре переросло в тесную дружбу. Учился он очень плохо, и его несколько нарочитая лень служила в кругу лицеистов вечным предметом добродушных шуток и дружеских эпиграмм.

Из характеристики Дельвига, подписанной директором Лицея В.Малиновским: “Барон Дельвиг Антон, 14 лет. Способности его посредственны, как и прилежание, а успехи весьма медленны. Мешкотность вообще его свойство и весьма приметна во всем, только не тогда, когда он шалит или резвится: тут он насмешлив, балагур, иногда и нескромен; в нем примечается склонность к праздности и рассеянности. Чтение разных русских книг без надлежащего выбора, а может быть и избалованное воспитание, поиспортили его, почему и нравственность его требует бдительного надзора, впрочем, приметное в нем добродушие, усердие его и внимание к увещеваниям при начинающемся соревновании в российской словесности и истории, облагородствуют его склонности и направят его к важнейшей и полезнейшей цели”. Из этой ценной, но несколько противоречивой, характеристики видно, как высоки были требования к лицеистам и сколь тонкие наблюдения велись педагогами за их развивающимися душами.

О лени Дельвига в Лицее ходили легенды. Он сам поддерживал свою репутацию увальня-лентяя, задумчивого и рассеянного:

Но был ли он ленив на самом деле? Едва ли. Скорее, это была манера поведения, темп жизни, усвоенный в детстве и перешедший в стойкую привычку. По воспоминаниям Пушкина, в лицее Дельвиг развивался медленно, не отличаясь способностями к наукам; однако леность и флегматичность сочетались у него с живостью ума и воображения, независимостью поведения и рано пробудившейся любовью к поэзии. Особенно близок в лицее Дельвиг был с А.С. Пушкиным и В.К. Кюхельбекером – друзьями на всю жизнь.

Успехи Дельвига в изучении словесности отмечались учителями. Воображение Дельвига не знало границ. Часто лицеисты собирались по вечерам и рассказывали друг другу разные выдуманные истории о приключениях и подвигах. Пушкин позднее вспоминал в неоконченной статье о Дельвиге: “Однажды вздумалось ему рассказать некоторым из своих товарищей поход 1807 года, выдавая себя за очевидца тогдашних происшествий. Его повествование было так живо и правдоподобно и так сильно подействовало на воображение молодых слушателей, что несколько дней около него собирался кружок любопытных, требовавших новых подробностей о походе. Слух о том дошел до нашего директора (В.Ф. Малиновского, рано умершего, его сменил Е.А. Энгельгардт), который захотел услышать от самого Дельвига о его приключениях. Дельвиг постыдился признаться во лжи столь же невинной, как и замысловатой, и решился ее поддержать, что и сделал с удивительным успехом, так что никто из нас не сомневался в истине его рассказов, покаместь он сам не признался в своем вымысле”.

Дельвиг был очень начитан в русской литературе, превосходно знал немецкую поэзию, наизусть цитировал Шиллера. Вместе с Кюхельбекером и Пушкиным они заучивали наизусть оды и стихотворения Державина, Жуковского, Горация.

Ранние литературные опыты Дельвига были удачны. “Первыми его опытами в стихотворстве, – писал Пушкин – были подражания Горацию. Оды “К Диону”, “К Лилете”, “К Дориде” были написаны им на пятнадцатом году и напечатаны в собрании его сочинений без всякого изменения. В них уже заметно необыкновенное чувство гармонии и той классической стройности, которой никогда он не изменял”. Вскоре Дельвиг стал одним из первых лицейских поэтов. Он самым первым из лицеистов начал публиковаться, в 1814 году Дельвиг послал свои первые стихотворные опыты издателю популярного журнала “Вестник Европы” В.Измайлову. Патриотическая ода “На взятие Парижа” была напечатана на месяц раньше первого стихотворения Пушкина, без имени автора (за подписью “Русский”). Дельвиг сразу же твёрдо выбрал для себя путь литературной деятельности. В 1814-1815 годах он систематически помещает стихи в журналах “Вестник Европы” и “Российский музей”.

В громкую цитру кинь персты, богиня!
Грянь, да, услышав тебя, все народы
Скажут: не то ли перуны Зевеса,
Коими в гневе сражает пороки? —
Пи́ндара муза тобой побежденна;
Ты же не игры поешь Олимпийски,
И не царя, с быстротою летяща
К цели на добром коне сиракузском,
Но Александра, царя миролюбна,
Кем семиглавая гидра сраженна!

О, вдохновенный певец,
Пиндар российский, Державин!
Дай мне парящий восторг!
Дай, и вовеки прославлюсь,
И моя громкая лира
Знаема будет везде!

Как в баснословные веки
Против Зевеса гиганты,
Горы кремнисты на горы

Но Зевс вдруг кинул перуны —
Горы в песок превратились,
Рухнули с треском на землю
И — подавили гигантов,—

Галлы подобно на россов летели:
Их были горы — народы подвластны!
К сердцу России — к Москве, доносили
Огнь, пожирающий грады и веси.
Царь миролюбный подобен Зевесу
Долготерпящу людей зря пороки.
Он уж готовил погибель Сизифу,
И возжигались блестящи перуны;
Враг уж в Москве — и взгремели перуны,
Горы его под собою сокрыли.

Где же надменный Сизиф?
Иль покоряет россиян? —
В тяжких ли россы цепях
Слезную жизнь провождают?
Нет,— гром оружия россов
Внемлет пространный Париж!

И победитель Парижа,
Нежный отец россиянам,
Пепел Москвы забывая,
С кротостью галлам прощает
И как детей их приемлет.
Слава герою, который
Все побеждает народы
Нежной любовью — не силой!

Ведай, богиня! Поэт беспристрастный
Должен пороки показывать мира.
Страха не зная, царю он вещает
Правду — не низкие лести вельможи!
Я не пою олимпийских героев;
Славить не злато меня побуждает,—
Нет, только подвиги зря Александра,
Цитру златую ему посвящаю!
Век на ней буду славить героя
И вознесу его имя до неба!

Кроткий российский Зевес!
Мрачного сердцем Сизифа
Ты низложил и теперь,
Лавром побед увенчанный,
С поля кровавого битвы
К верным сынам возвратися!

Шлем свой пернатый с забралом,
Острый булат и тяжелы
Латы сними — и явися
В светлой короне, в порфире
Ты посреди сынов верных!
В мире опять, в благоденстве
Царствуй над ними — и слава
Будет вовеки с тобою!

Особое влияние он уделял изучению русской литературы, по свидетельству директора лицея Е.А. Энгельгардта, знал ее лучше всех своих товарищей. Именно к Дельвигу, зная о его “дружбе с Музой” обратился Е.А. Энгельгардт с просьбой написать прощальную песнь для выпуска. Дельвиг просьбу исполнил, написал гимн Лицея (1817), который знали все, кому в разные годы довелось учиться в этом заведении:

Шесть лет промчалось как мечтанье,

В объятьях сладкой тишины.

Гремит нам: шествуйте, сыны!

Простимся, братья! Руку в руку!

Обнимемся в последний раз!

Быть может, здесь сроднила нас!

Окончив в 1817 году лицей, Дельвиг поступил на государственную службу, служил в разных ведомствах, сначала в Министерстве финансов, но уже с сентября 1820 года он “по найму” поступил в Публичную библиотеку, под начало И.А. Крылова, а 2 октября 1821 года был официально утвержден в должности помощника библиотекаря. Правда, Иван Андреевич много раз шутливо ворчал на нерасторопного и ленивого помощника, предпочитавшего читать книги, а не заносить их в каталоги. Вскоре русское отделение Публичной библиотеки оказалось под угрозой хаоса. Служба всегда оставалась для Дельвига не главным и, по существу, посторонним делом. Он предпочитал жить “в тиши” в стороне от житейских, идейных и политических бурь века. В 1825 году Дельвиг покинул свой пост. Он и потом служил чиновником самых различных ведомств, но всю свою душу и время отдавал литературным занятиям.

Дельвиг был членом “Вольного общества любителей российской словесности”, куда вступил в 1819 году и где бывали члены “Северного Общества” декабристов – К.Рылеев, А.Бестужев, Трубецкой, Якушкин. Шумные споры о поэзии, гражданских и политических свободах затягивались до полуночи. Дельвиг же впервые привел на заседание “Вольного общества” и опального Е.Баратынского, с которым в то время очень подружился.

У Дельвига был удивительный дар распознавать литературный талант и поддерживать его, чем только возможно. Он первый предсказал Пушкину огромную поэтическую славу, в трудную минуту дружески опекал Е.Баратынского, помогал Н.М. Языкову с печатанием стихов. К 1819 году Пушкин, Кюхельбекер, Дельвиг и проживавший с ним в одной квартире Е.А. Баратынский составили дружеское сообщество, именуемое “союзом поэтов” (позднее в него вошел П.А. Плетнев). Их группа провозгласила дух поэтической независимости, дружеского единения, наслаждения радостями жизни. Противники называли их “вакхическими поэтами” за пристрастие к теме беззаботного наслаждения радостями жизни. В стихотворных посланиях, которыми они постоянно обменивались, господствовал культ дружбы и дух поэтической независимости. Дельвиг – излюбленный их адресат и сам автор многих посланий. В лирике Дельвига звучат мотивы политического и религиозного вольномыслия; его стихотворение “Поэт” (1820) стало декларацией свободы и высокого предназначения поэта. Человек приветливый и остроумный, внимательный и тонкий критик, Дельвиг пользовался искренним уважением в писательской среде и был зачинателем многих важных литературных предприятий.

6 мая 1820 года Дельвиг проводил А.Пушкина в южную ссылку в Одессу, потом в Михайловское. И непрерывно писал ему, ободряя, веселя, рассказывая петербургские новости и новости семьи родителей Пушкина, с которыми он был дружен чрезвычайно, расспрашивая о литературных планах. Переписка Дельвига и Пушкина – настоящий литературный памятник тому, что называется истинной дружбой. Вот несколько строчек из уцелевших писем: “Милый Дельвиг, я получил все твои письма и ответил почти на все. Вчера повеяло мне жизнью лицейскою, слава и благодарение за то тебе и моему Пущину. На днях попались мне твои прелестные сонеты – прочел их с жадностью, восхищеньем и благодарностью за вдохновенное воспоминанье дружбы нашей” (Пушкин – Дельвигу 16 ноября 1823 г.). “Милый Пушкин, письмо твое и “Прозерпину” я получил, благодарю тебя за них. “Прозерпина” это не стихи, а музыка: это пенье райской птички, которое, слушая, не увидишь, как пройдет тысяча лет”. В этом же письме и деловые разговоры – Дельвиг обращается к Пушкину как издатель: “Теперь дело о деньгах. Ежели ты хочешь продать второе издание “Руслана”, “Пленника” и, ежели можно, “Бахчисарайского фонтана”, то пришли мне доверенность. Об этом меня трое книгопродавцев просят; ты видишь, что я могу произвести между ними торг и продать выгодно твое рукоделье. Издания же будут хороши. Ручаюсь”. (Дельвиг – Пушкину 10 сентября 1824 г.).

Антон Антонович все время собирался посетить друга в Михайловском, но литературные и издательские дела задерживали, а потом с ног свалила болезнь. В Михайловское Дельвиг попал лишь 18-19 апреля 1824 года. Пушкин был рад ему несказанно. Начались задушевные беседы, обсуждение издания альманаха “Северные Цветы”, подробнейший разбор всех литературных новинок. Уточняли состав нового сборника стихотворений Пушкина. Обедали, вспоминая общих знакомых, играли в бильярд, гуляли. А вечерами отправлялись в Тригорское, к соседкам – барышням Осиповым-Вульф на малиновый пирог с чаем. Все семейство Осиповых-Вульф дружно влюбилось в добродушного, веселого умницу Дельвига, все время ронявшего смешное пенсне на шнурке. Время пролетело незаметно. 26 апреля 1824 года Дельвиг выехал из Михайловского в Петербург.

Читайте также:  Как почистить раковину от известкового налета

В.А. Жуковский – сам добрый гений талантов – высоко ставил душевную способность Дельвига не завидовать, понимать, сострадать, дарить свое внимание и добрую, чуть растерянную близорукую улыбку всем, кто его окружал... Сам Дельвиг написал как-то в сонете Н.М. Языкову такие строки:

От ранних лет я пламень не напрасный

Храню в душе, благодаря богам,

Я им влеком к возвышенным певцам,

С какою-то любовию пристрастной.

Эта пристрастная любовь выражалась чаще всего в том, что поэтический дар друзей, Дельвиг ценил больше, чем свой собственный. Хуже то, что критика впоследствии говорила, что половина стихотворений Дельвига написано Баратынским, половина – Пушкиным. Скромность Дельвига сослужила ему очень плохую службу…

Молодой Дельвиг посещал литературные и масонские кружки, из которых вышли будущие декабристы, и сам в известной мере разделял их свободолюбивые настроения. Но в тайные общества он не входил и радикальных убеждений не разделял, вообще чуждаясь активной общественно-политической деятельности. Он дружил и с Рылеевым и с Александром Бестужевым, но гораздо ближе был ему, например, далёкий от политики Баратынский, с которым его тесно связывали общие литературные интересы. Однако аресты и ссылки, последовавшие за восстанием 14 декабря 1825 года, Дельвиг воспринял как личную драму и был одним из немногих, кто присутствовал на казни пятерых заговорщиков. После 14 декабря Дельвиг целиком и безраздельно предался творчеству.

В начале 1820-х годов он пережил недолгое увлечение С.Д. Пономаревой, хозяйкой литературного салона, покорительницей сердец многих литераторов; адресовал ей ряд стихотворений (“С.Д.П ой”, “К Софии” и др.), в том числе двустишную “Эпитафию” на ее безвременную кончину в 1824 году:

В 1825 году Дельвиг женился на Софье Михайловне Салтыковой, которой было только 19 лет. Мать ее умерла, отец, человек свободолюбивых взглядов, литератор и хлебосол, доживал свой век в Москве. Софья Михайловна была умна, очаровательна, обожала литературу и больше всего – Пушкина. Она писала подруге: “Невозможно иметь больше ума, чем у Пушкина – я с ума схожу от этого. Дельвиг очаровательный молодой человек, очень скромный, не отличающийся красотою; что мне нравится, так это то, что он носит очки”. Дом Дельвига стал одним из литературных центров; его посещали Пушкин, Жуковский, Баратынский, Мицкевич, Языков, Плетнев, князь Вяземский, Гнедич. В их доме устраивались литературно-музыкальные вечера, но желанного семейного счастья из-за увлекающегося характера супруги не было. Единственное посвященное жене стихотворение – “За что, за что ты отравила…” (ок.1830). Впрочем, любовь между ними была вполне счастливая. Софья Михайловна старалась создать дома атмосферу дружеского общения и веселья. Часто исполнялись романсы на стихи Языкова, Пушкина и самого Дельвига. После того, как молодой композитор Алябьев написал музыку на слова его стихотворения “Соловей”, романс запела вся Россия.

С 1825 года Дельвиг служит чиновником особых поручений при министерстве внутренних дел, но литературную деятельность не прекращает. Он начинает издавать альманах “Северные цветы”, где участвовали Пушкин, В.А. Жуковский, И.А. Крылов и другие. Альманах имел шумный успех у читателей. До 1832 года он выпустил 8 книжек “Северных цветов”. Их издание ставит Дельвига в центр литературной деятельности пушкинской группы, в качестве объединителя всех ее основных творческих сил и хозяина одного из самых утонченных литературных салонов эпохи. Он проявляет незаурядные организаторские способности, привлекает петербургских и московских, известных и начинающих авторов для участия в альманахе, публикует и пишет сам критические статьи и рецензии.

Кроме “Северных Цветов”, выходивших ежегодно (последнюю книжку, 1832 года, издал Пушкин), Дельвиг выпустил в 1829 и 1830 годы две книжки альманаха “Подснежник”. А затем Дельвиг, числившийся по министерству внутренних дел, добился разрешения на издание еженедельника с программой, не выходившей за пределы литературы и искусства. Так с января 1830 года он, при ближайшем участии Пушкина и князя Вяземского, стал издавать “Литературную Газету”, главной силой и душой которой стал Пушкин. Газета, служившая боевым органом писателей пушкинской группы, боролась с представителями реакционной литературы за высокое назначение литературы и чистоту литературных нравов. При всём своём отчуждении от политических интересов Дельвигу всё же не удалось избежать столкновений с правительством. Враги “Литературной газеты” без устали подавали на её редактора доносы в цензуру и полицию. “Литературная газета” часто выдерживала нападки булгаринской “Северной пчелы”.

В 1829 году вышел сборник стихотворений Дельвига, в котором уже полностью определилась его поэтическая манера. Дельвиг, как поэт, прославился своими “Идиллиями” – стихотворениями в стиле античной поэзии. “Душой и лирой древний грек”, – так охарактеризовал его Языков. В самом деле, Дельвигу ближе была поэзия древних, в подражание которым он сочинял свои идиллии. Часто думали, что это переводы Феокрита, Горация и Вергилия, но это были плоды воображения самого Дельвига. Пушкин писал о творчестве друга: “Идиллии Дельвига для меня удивительны. Какую силу воображения должно иметь, дабы так совершенно перенестись из XIX столетия в золотой век, и какое необыкновенное чутье изящного, дабы так угадать греческую поэзию сквозь латинские подражания или немецкие переводы, эту роскошь, эту негу, эту прелесть, которая не допускает ничего напряженного в чувствах; тонкого, запутанного в мыслях; лишнего, неестественного в описаниях!” Этот отзыв не лишен дружеского преувеличения, но идиллии – действительно лучшая часть поэтического наследия Дельвига.

Другим характерным жанром для Дельвига были “русские песни”, которые он писал по образцам подлинных песен, также стремясь проникнуть в их духовный и художественный мир. Среди русских поэтов Дельвиг был одним из лучших знатоков народной лирической песни. Большинство их положено на музыку Глинкой, Даргомыжским, Алябьевым и др. Иные, оторвавшись от своих литературных корней, и сейчас пользуются широкой известностью (“Ах, ты, ночь ли, ноченька”, “Не осенний мелкий дождичек” и др.).

Дельвиг был известен также как тонко – беспощадный критик, разбирающий все литературные новинки: роман, поэму, повесть, стихотворения, и особенно – переводы. Иногда он с горечью писал: “Радуешься хорошей книге, как оазису в африканской степи. А отчего в России мало книг? Более от лености учиться”. Не правда ли, звучит весьма современно?

В “Литературной газете” Дельвиг публиковал произведения полуопального Пушкина и “совсем” опального Кюхельбекера, выдерживая шумные нападки и недовольства Цензурного комитета. Письменные и устные объяснения с цензурой и с самим шефом жандармов, графом Бенкендорфом, затягивались, порой, до бесконечности. Жесткая литературно-журнальная борьба и заботы о семье (в мае 1830 года у Дельвига родилась дочь Елизавета) совершенно изматывали поэта. Он все реже мог спокойно присесть к письменному столу для того, чтобы написать несколько поэтических строк.

Сырой климат Петербурга не подходил Дельвигу, он простужался и часто болел, но уехать куда-то отдохнуть не имел возможности – мешали издательские заботы, и нехватка средств. Очень тяжело он переживал разлуку с друзьями: Пущиным, Кюхельбекером, Бестужевым, Якушкиным. Старался поддержать их письмами, посылками, всем, чем мог. Это тоже вызывало тихое недовольство власти.

И хотя сам Дельвиг был далек от политики, выпускаемые им издания служили своего рода трибуной для тех, кто хотел высказать свободолюбивые взгляды. Поэт жестоко поплатился за это. В результате доносов Булгарина Бенкендорф сначала приостановил издание “Литературной газеты”, а затем в 1830 году запретил ее (вскоре выпуск её возобновился, но уже под другой редакцией – О.М. Сомова).

Официальной причиной внезапной смерти Дельвига считается тяжелый разговор с начальником III отделения графом А.Х. Бенкендорфом в ноябре 1830 года. Бенкендорф обвинил Дельвига в неподчинении властям, печатании недозволенного в “Литературной газете” и пригрозил ссылкой в Сибирь ему, Пушкину и Вяземскому. Дельвиг вел себя столь мужественно, достойно и хладнокровно, что в конце разговора граф, вспомнив о дворянском достоинстве, вынужден был извиниться: Дельвиг спокойно вышел из кабинета. Но когда он вернулся домой, то вскоре слег в приступе нервной лихорадки, осложнившейся воспалением легких.

Причиной неофициальной, но эмоционально более понятной, была банальная супружеская измена. По воспоминаниям Е.А. Баратынского (малоизвестным и никогда не публиковавшимся) поэт, вернувшись домой в неурочный час, застал баронессу в объятиях очередного поклонника. Произошла бурная сцена, София Михайловна и не пыталась оправдаться, упрекала мужа в холодности и невнимании.

Тяжелые впечатления от разговора с Бенкендорфом и семейная трагедия привели к тяжелому приступу нервической лихорадки. Все осложнилось простудой. Полтора месяца Дельвиг провел в постели. Одна ночь облегчения сменялась двумя ночами приступов кашля, озноба и бреда. Врачи пытались облегчить страдания больного, но безуспешно.

14 (26) января 1831 года Антона Дельвига не стало. Он умер, не приходя в сознание, шепча в горячечном бреду одно и то же: “Сонечка, зачем ты сделала это?!” В доме поспешно разобрали нарядно украшенную елку. Завесили черным кружевом зеркала. Зажгли свечи. Кто-то открыл створку окна. Порывом ледяного ветра свечу задуло. На секунду все погасло во мраке.

Спустя несколько месяцев после смерти Дельвига, баронесса София Михайловна Дельвиг вышла замуж за брата поэта Баратынского – Сергея Абрамовича. Он и был тем поклонником, которого застал в своем доме в поздний час барон Дельвиг.

Всю свою жизнь София Михайловна не могла сдержать слез, слыша первые такты “Соловья”. В доме Баратынских этот романс никогда не исполнялся. София Михайловна считала, что незачем призрак прошлой жизни смешивать с настоящей. Возможно, она была права.

Смерть Дельвига была воспринята его многочисленными друзьями как тяжёлая утрата. Особенно глубоко переживал ее Пушкин. “Вот первая смерть, мною оплаканная. Карамзин под конец был мне чужд, я глубоко сожалел о нем как русский, но никто на свете не был мне ближе Дельвига, – писал он под впечатлением понесённой потери. – Без него мы точно осиротели. Смерть Дельвига нагоняет на меня тоску. Помимо прекрасного таланта, то была отлично устроенная голова и душа незаурядного закала. Он был лучшим из нас”.

Похоронили Дельвига на Волковском православном кладбище. Через сто лет, когда на территории Волковского кладбища стали создавать мемориальный некрополь Литераторские мостки, памятник Дельвигу был разрушен. По словам основателя музея-некрополя Н.В. Успенского, в 1934 году “памятник преступно был сломан по почину рабочих, производящих уборку бесхозных памятников и заинтересованных в скорости и мерности укладки материала в кубометры, по количеству которых оплачивается их наряд”. В том же году, к 135-летию со дня рождения А.С. Пушкина, прах его лицейского товарища был перенесен в Некрополь мастеров искусств (Тихвинское кладбище Александро-Невской лавры) и захоронен против могил Н.М. Карамзина и В.А. Жуковского. Для нового надгробия использовали близкий по типу к первоначальному памятник с могилы Н.Н. Аплечеевой (колонна, пресеченная рустом, с фигурой плакальщицы наверху).

Подборка стихов Антона Антоновича в рубрике “Литература. Любимое.”

Вступите в группу, и вы сможете просматривать изображения в полном размере

источник

Adblock
detector